Александра тимошенко художественная гимнастика

Скалдина, Оксана Валентиновна

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Скалдина.

Оксана Скалдина

Скалдина (справа) на Чемпионате мира по художественной гимнастике 1991 г.
Личная информация
Пол женский
Полное имя Оксана Валентиновна Скалдина
Страна СССР СССР → Украина Украина
Специализация художественная гимнастика
Клуб Школа художественной гимнастики Дерюгиных
Дата рождения 24 мая 1972 (47 лет)
Место рождения Запорожье, Украинская ССР
Награды и медали

Олимпийские игры
Бронза Барселона 1992 многоборье
Чемпионаты мира
Золото Сараево 1989 команда
Золото Сараево 1989 скакалка
Золото Сараево 1989 обруч
Золото Сараево 1989 лента
Бронза Сараево 1989 многоборье
Золото Афины 1991 команда
Золото Афины 1991 многоборье
Серебро Афины 1991 мяч
Бронза Афины 1991 скакалка
Бронза Афины 1991 обруч
Чемпионаты Европы
Золото Гётеборг 1990 команда
Бронза Гётеборг 1990 многоборье
Золото Гётеборг 1990 скакалка
Золото Гётеборг 1990 обруч
Золото Гётеборг 1990 мяч
Золото Гётеборг 1990 лента
Золото Штутгарт 1992 скакалка
Золото Штутгарт 1992 обруч
Золото Штутгарт 1992 булавы

Оксана Валентиновна Скалдина (24 мая 1972, Запорожье, Украинская ССР, СССР) — советская и украинская гимнастка, заслуженный мастер спорта СССР по художественной гимнастике (1989). Бронзовый призёр Олимпийских игр в индивидуальном многоборье (1992), многократная чемпионка мира и Европы. Заслуженный тренер России.

Биография

С пяти лет Оксана Скалдина начала заниматься гимнастикой в Запорожье под руководством Людмилы Ковалик, но уже вскоре она попала к Альбине и Ирине Дерюгиным в их знаменитую школу художественной гимнастики.

Уже в 1989 году в составе сборной СССР малоизвестная гимнастка по-настоящему раскрылась во время чемпионата мира в Югославии (Сараево), который принес ей 3 золотые медали в финалах в отдельных видах многоборья. На первом упражнении со скакалкой судьи поставили Оксане оценку 9.8. И тогда после короткого обсуждения упражнения техническим комитетом Международной Федерации гимнастики, судьи, оценив прекрасное выступление Скалдиной в финале, изменили оценку на 10.0 Это был первый и пока единственный случай повышения оценки арбитрами на таких ответственных соревнованиях как чемпионат мира.

Своей работой Оксана Скалдина и её подруга по команде Александра Тимошенко показывали совершенно новую гимнастику. Именно они первыми соединяли несколько элементов в комбинацию, Скалдина первой исполнила трюки, которые даже сейчас никто не может повторить.

Часто Оксане надоедали её упражнения, хотелось чего-то нового. И Ирине Дерюгиной приходилось каждые 5-6 месяцев что-то менять, вносить коррективы.

Пик спортивной карьеры пришёлся на 1992 год — Олимпиада в Барселоне (Испания).

Оксана закончила спортивные выступления в 1992 году.

Олимпиада 1992

В 1991 году Скалдина блестяще выиграла Чемпионат мира, в 1992 — Чемпионат СНГ. Приближались Олимпийские игры. На этой Олимпиаде советские спортсмены последний раз выступали единой командой. На 2 путевки претендовали 3 гимнастки — Александра Тимошенко и Оксана Скалдина от Украины и Оксана Костина от России. По результатам предыдущих соревнований и уровню подготовки выступать должны были Александра Тимошенко и Оксана Костина. Прошло два голосования глав делегаций СНГ, которое определило состав на участие в олимпийских играх. И все равно в Барселону поехали три гимнастки. Состоялось третье голосование. Под давлением украинской делегации и самой Альбины Николаевны Дерюгиной в состав команды СНГ включили двух украинских гимнасток — Александру Тимошенко и Оксану Скалдину.

В индивидуальном многоборье Оксана Скалдина занимает третье место, что было расценено ей самой, как проигрыш (она рассчитывала получить, как минимум, серебро). Серебро же досталось «хозяйке» Олимпийских игр Каролине Паскуаль, прежде нигде не добивавшейся в индивидуальных видах какого-либо успеха. В знак протеста, во время церемонии награждения, Скалдина подошла поздравить лишь Александру Тимошенко, после чего взошла на свою ступень подиума, проигнорировав Паскуаль.

ХУДОЖЕСТВЕНА ГИМНАСТИКА И СРОДНИ СПОРТОВЕ

Александра Александровна Тимошенко е родена на 18 февруари 1972 г. в г. Богуслав, Украйна. Започва да тренира от 7 години в Киев. На възраст 14 г. е шампионка СССР(юниорки).
Световната шампионка (1989 г. — многобой).
Олимпийската шампионка в Барселона — 1992 г.


ПОСТИЖЕНИЯ
1987 Чемпионат Европы среди юниоров — 1-е место со скакалкой, 2-е место — обруч, 3-е место — лента, 7-е место — многоборье.
1988 Чемпионат Европы — 1-е место за выступления со скакалкой, обручем, булавами; 7-е место — лента, 1-е место — многоборье.
1988 Олимпийские игры Сеул (Республика Корея) — 3-е место — многоборье.
1989 Финал Кубка Европы — 1-е место — многоборье, лента, мяч; 2-е место обруч, 3-е место — скакалка
1989 Чемпионат Мира — 1-е место — многоборье, скакалка, обруч, мяч; 2-е место лента.
1990 Игры доброй воли — 1-е место обруч, лента; 4 место — многоборье.
1990 Чемпионат Европы — 2-е место скакалка, обруч; 1-е место мяч, многоборье.
1991 Финал Кубка Европы — 1-е место скакалка, обруч, мяч, булавы, многоборье.
1991 Гимнастические Игры — 1-е место скакалка, обруч, мяч, булавы, многоборье.
1991 Чемпионат Мира — 1-е место скакалка, обруч, мяч, булавы, команда; 2 место — многоборье.
1991 Чемпионат Европы — 1-е место обруч, мяч, булавы; 2-е место — скакалка, многоборье, 5-е место команда.
1992 Олимпийские игры Барселона (Испания) — 1-е место — многоборье.
https://www.youtube.com/watch?v=VpZN64DnwQk
https://www.youtube.com/watch?v=wIFEENIMx-0
Интервю от 1999 г. http://sportgymn.borda.ru/?1-1-60-00000 … 1170413759
По-немецки с официантом известного венского кафе «Линдтман» олимпийская чемпионка Барселоны по художественной гимнастике Александра Тимошенко говорила с мягким австрийским акцентом, перебрасываясь шутками насчет наглых («Такие только здесь») жирных воробьев, ворующих куски пирожных и взбитые сливки прямо со столиков. Я смотрела на знакомое лицо – и не узнавала. В памяти почему-то всплывала гимнастическая база в подмосковном Новогорске, куда перед Играми в Барселоне я приезжала на встречу со спортсменкой, и маленькая, дло прозрачности тонкая девочка, по-школьному сидевшая перед диктофоном.
Встретились мы почти случайно – на чемпионате Европы 1999 года по художественной гимнастике в Будапеште. «Вы едете в Вену? – удивилась Саша. – Я тоже. С удовольствием поехала бы с вами на машине, но уже купила билет на поезд. Может быть, встретимся завтра где-нибудь в городе? Там и поговорим спокойно».
— После Игр в Барселоне я долго думала, что делать. Бросать гимнастику было жалко. Но страна рухнула – и украинские спортсмены оказались в сложной ситуации: не было ни зарплат, ни возможности нормально тренироваться. Надвигался чемпионат мира и, естественно, все уговаривали меня продолжать тренировки. Но…
Тренировки – это слишком большой труд. Чем старше становишься, тем больше приходится себя заставлять. Гимнастику я люблю, но вкалывать без денег по восемь часов в день – это чересчур. Да и стимулов особых не было: в спорте я добилась всего, о чем только могла мечтать. Решила уехать в Вену. Сразу поступила в институт Гете (в этом институте, отделения которого разбросаны по всему свету, преподают немецкий язык – Е.В.) – занималась там почти два года. Параллельно заканчивала киевский Университет физической культуры и спорта, а в Вене училась водить машину, сдала экзамены, получила водительские права. В общем, потихоньку привыкала к новой жизни. И продолжала немножко тренироваться, поскольку меня все еще приглашали на показательные выступления.
— Почему вы выбрали именно Вену?
— У мужа здесь давние связи. Здесь же у нас своя квартира.
— Но я слышала, что вы открыли свой собственный гимнастический зал в Германии.
— Я действительно периодами работаю в Германии. Там у меня много знакомых, и получилось так, что президент гимнастического клуба в Ульме – мой давний и хороший знакомый – предложил мне контракт. До этого (сразу, кстати, после Олимпийских игр) я получала аналогичное предложение из Шмидена, где находится довольно известная гимнастическая школа. Но отказалась, поскольку слышала от наших тренеров, которые уже там работают, что не все так просто и хорошо. Тренер редко бывает сам себе хозяином. Я же привыкла всегда делать то, что сама считаю нужным. И не собиралась сразу начинать серьезную работу. Хотелось спокойной, интересной жизни. За время своих выступлений насмотрелась на тренеров, в жизни которых, кроме гимнастики, ничего не остается.
Вот все это я и объяснила своему знакомому. Он сказал, что согласен с любыми моими условиями, даже если в Ульме я буду появлеться не так часто, как ему хотелось бы. Так я и работала – приезжала, составляла программы, планы. Когда клуб участвует в каких-то соревнованиях, я, естественно, там. От Вены Ульм недалеко – километров 500. Если мужу надолго приходится уезжать по делам, я тоже уезжаю – в Германию. Но в любой момент могу отложить работу и вернуться.
— С гимнастками какого уровня вам приходится иметь дело?
— Самого разного. Одна наша девочка входит в число кандидаток в сборную Германии в групповых упражнениях. На чемпионате Европы она, к сожалению, не смогла выступить из-зс травмы, но теперь будет готовиться к чемпионату мира. Большинство же занимающихся – те, кому просто нравится гимнастика.
— С коллегами по сборной Союза вы поддерживаете отношения?
— Не особенно. Так, встречаемся на соревнованиях, если удается приехать. Как было в Будапеште. Но гораздо больше меня интересуют сами соревнования.
— И какие же впечатления оставил у вас чемпионат Европы?
— Я поняла, что очень вовремя закончила выступать. — За последние годы очень выросла, я бы сказала, техническая подготовка тела. Увеличилась амплитуда движений, но при этом, увы, упал уровень владения предметами.Когда делается такой акцент на тело, судьи вроде бы перестают замечать, что обруч вибрирует, скакалка не натянута. Может быть, то, о чем я говорю, многие сочтут каменным веком, но в мое время считалось особенным шиком бросить булаву так, чтобы в полете она сделала всего один оборот. Это очень сложно. Зато создается впечатление, что снаряд висит в воздухе. Сейчас у всех булавы вращаются как бешеные, мяч держат по-игровому – захватом или прижимают к себе, чтобы не уронить. В работе со скакалкой нас учили, что она должна быть так натянута, словно сделана из проволоки. Кроме этого, когда я выступала, в комбинациях обязательно должны были быть так называемые «риски» — предельно сложные элементы. Сейчас же правила изменились, и гимнастки перестали рисковать. Невыгодно.
— Однако многие отмечают по-прежнему ювелирную технику владения предметом болгарских спортсменок.
— У них нет другого выхода. Болгарки почти никогда не отличались техникой тела. Данных не хватало. Вот и компенсировали это работой со снарядами.
— Вы сейчас продолжаете тренироваться?
— Я бы не назвала это тренировками. Последний раз выступала с показательными два года назад, но стала чувствовать после выступлений, что где-то тянет, где-то побаливает. Элементы продолжала делать те же самые, но ведь мышцы потихоньку слабеют… Сейчас хожу в тренажерный или гимнастический зал несколько раз в неделю, благо такая возможность постоянно есть – мне нравится чувствовать себя в тонусе.
— Ограничивать свои аппетиты приходится?
— Впроголодь, так как раньше, — конечно, не живу. Могу за время праздников поправиться килограмма на три, но сразу спохватываюсь и беру себя в руки – перехожу на овощные салаты. В Австрии и Германии это несложно. Люблю готовить, хотя большей частью мы с Олегом обедаем и ужинаем вне дома. Все умею, между прочим, — и борщ, и пельмени, и даже знаменитый венский штрудель из слоеного теста. Правда, тесто покупаю готовое. И не очень успешно пытаюсь разводить в квартире цветы.
— Вам помогает в жизни то, что вы – олимпийская чемпионка?
— Сначала очень мешало. Это звание во многом ограничивает. Я бы сказала, определяет некий внутренний уровень, которому постоянно приходится соответствовать. Ты уже не можешь согласиться на абы какую работу, как бы ни были нужны деньги, должна постоянно думать о том, как выглядишь, что на тебе надето, как вести себя в той или иной ситуации. Правда, сейчас я уже редко вспоминаю о своих титулах. Мне даже нравится, когда люди, знакомясь со мной, понятия не имеют что я – олимпийская чемпионка.

Статията от 2005 г. http://www.pressball.by/news.php?t=0614&id=7573

Из всех олимпийских чемпионок по художественной гимнастике, за исключением разве что несчастной победительницы Лос-Анджелеса канадки Фанг, которую отчего- то мы всячески затираем, жизнь Саши была скрыта от глаз пытливого болельщика более всего. Она уехала из родного Киева вскоре после выигрыша золота в Барселоне и, судя по тому, что мы не видели ее в составе украинской сборной хотя бы за судейским столиком, не очень-то рвалась обратно в гимнастику. Наверное, ей было хорошо и без нее, этой вечной отличнице Тимошенко. Сейчас Саша говорит, что любимый вид спорта для нее — лишь хобби. Занятие на уик-энд. Судья по выходным, адвокат по рабочим — с такими умельцами я еще точно не сталкивался…
— Саша, а если бы в Сеуле Тимошенко все-таки не проиграла Марине Лобач, то у нее хватило бы сил на следующую Олимпиаду? Ведь в том числе и поэтому двукратных олимпийских чемпионок в личном первенстве мир еще не знает…
— Трудно сказать. Но в 16 лет — а именно столько мне было в 1988 году — с гимнастикой точно не заканчивают. Уже не помню, насколько хотела золота на тех Играх, но на меня все очень сильно надеялись. Ведь на чемпионате Европы я победила в многоборье. Разделив, правда, первенство с болгарками Дунавской и Колевой.

Но судьба распорядилась так, что в Сеуле все — я, Дунавска и Панова, заменившая в составе болгарской сборной Колеву, — потеряли булавы. А Марина прошла весь турнир ровно, без ошибок. В той гимнастике этого хватило для того, чтобы стать олимпийской чемпионкой.
— Я так понимаю, мы плавно переходим к тому времени, когда после окончания карьеры спортсменки вы работали тренером в немецком Ульме…
— О том периоде у меня остались лишь положительные воспоминания. Мне предоставили полную свободу действий, и я делала то, что считала нужным. Разумеется, соотнося все это с местным менталитетом.
— В тот период у вас, наверное, планов было громадье…
— Если честно, то последний год перед Олимпиадой-92 мы работали за идею. Вокруг все разваливалось, и с каждым месяцем этот процесс только усиливался. Вечером в Киеве на улицах не было света, роль иллюминации исполняли фары проезжавших машин. Дома — холодные батареи и те же бесконечные отключения света.
Сегодня, конечно, с Украины никуда не уехала бы, но тогда не имела на родине никаких серьезных предложений и отправилась к своему любимому человеку. Мой будущий муж занимался бизнесом в Вене. Целый год там учила язык. Тренером в столице Австрии работать не могла, так как мне просто не нашли ставку в национальной команде. При всем их желании. Это к нашему разговору о любительском статусе вида спорта в Европе.
В Германии с работой по специальности было полегче, но я не могла постоянно разрываться между тренировками в клубе и мужем. Потому через несколько лет уже окончательно вернулась в Вену. Ждала ребенка и одновременно думала о том, чем же заниматься дальше.
Честно говоря, всегда мечтала стать юристом. Понятное дело, во время занятий спортом даже и не задумывалась об осуществлении этого желания — как и многим, мне пришлось заканчивать Киевский институт физкультуры. Так почему же было не воспользоваться выпавшей возможностью? Тем более что в Венском университете довольно демократические порядки — там никто не отслеживает твои пропуски и каждый студент вправе сам избрать график посещения лекций. Очень удобно для молодых мам…
После окончания университета надо проработать 9 месяцев в суде — что-то вроде обязательной практики. Затем можно стать судьей. Но подобной прерогативой пользуются только австрийские граждане, а по паспорту я все-таки остаюсь украинкой. В нотариусы тоже пробиться непросто — это достаточно клановый вид деятельности, его еще называют семейным бизнесом. Можно работать юрисконсультом в какой-нибудь компании, но мне это не очень интересно, во всяком случае пока.
Поэтому отправилась в адвокатскую контору. Круг обязанностей — юридическое обеспечение экономической деятельности. Тружусь там год и могу сказать, что справляюсь со своими обязанностями достаточно успешно. Да и работа интересная…
— На Украине дочки известных “художниц” часто идут по стопам мам. Ваша дочка Кристина не будет исключением из правил?
— Я всегда за то, что если уж чем-то занимаешься, то стоит делать это серьезно. Но в Австрии невозможно вырасти в гимнастку высокого класса. Не тот уровень внутренней конкуренции. Так что мои занятия с Кристиной направлены исключительно на укрепление ее здоровья. И это нормальный европейский подход. Там довольно высокий уровень жизни, и родители не озабочены вопросом о том, как сделать так, чтобы их ребенок выезжал за пределы страны и видел другую жизнь. Там все есть и никуда не надо ехать. А если вдруг захочется, то можно купить билеты и полететь на экскурсию в любую точку земного шара…
Интервю от 2005 г. http://rg.sport.ua/news/6151
– Долгое время о вас ничего не было слышно…
– Я пять лет работала тренером в Германии, в центре подготовки гимнасток, расположенном недалеко от Мюнхена. Но затем по личным мотивам остановила свой выбор на Вене. Сейчас живу в столице Австрии, дочери 5 лет, за то время пока она росла, я окончила юридический в Вене и полтора года работаю в этом направлении.
– За все время проживания за границей были ли у вас предложения от школы Дерюгиных?
– Мы с Ириной Ивановной (Дерюгиной. – Авт.) до моего отъезда за рубеж поддерживали постоянный контакт. Она мне неоднократно предлагала попробовать себя на судейском поприще. Но на тот момент у меня была еще маленькая дочь, я училась, и не было определенной ясности. Когда же у меня выдалась свободная неделя, я приехала на судейский семинар, заодно посетив и Кубок Дерюгиной. Вот раздумываю над тем, чтобы стать вторым судьей от Украины.
Барселонская Олимпиада была самой яркой
– Тяжело было уезжать с родины?
– Я очень люблю Киев, любила его всегда. Но так получилось, что мне пришлось проститься с родным городом. Время на тот момент было совсем, сами знаете, какое, отнюдь не розовое, скорее, оно было серого цвета. Накопилась усталость, но завязывать я не собиралась, хотя в свои 20–21 год была уже взрослым человеком. Ждать еще четыре года, готовиться к следующему олимпийскому циклу мне было неинтересно. Финансовой поддержки никакой не было, а тренироваться, каждый день выкладываться по 8 часов все равно нужно было… Знаете, любительский спорт – это прекрасно, только если он не во вред здоровью.
– Существовали тогда какие-то профессиональные туры, соревнования?
– Мы вместе со Скалдиной оказались в настоящей дыре. Когда Союз распался, все деньги остались в России, Украина ушла оттуда с носом. Нужно было переждать, но я не хотела ждать еще 4–6 лет, ведь для гимнастики это громадный срок. И когда мне предложили контракт в Германии, я ответила согласием и выступала там параллельно с тренерской деятельностью до 26–27 лет. В нашей стране такого понятия, как профессиональный спорт, в то время не существовало.
– Со Скалдиной отношения поддерживаете?
– Последний раз видела ее два года назад, но, к сожалению, не поддерживаю с ней особых отношений. Мы дружили, пока выступали вместе, но и на ковре, и в жизни мы абсолютно разные. Знаю, что Оксана работает и живет в Москве, как и я, растит дочь.
– А вы рассчитывали на барселонское «золото»?
– Помимо испанки со Скалдиной, фаворитками считались болгарки. Но они сразу же выбыли из борьбы за чемпионское звание, заняв в итоге 4–5 места. Я ведь приехала в Барселону уже имея за плечами «бронзу» сеульской Олимпиады. Могу представить, что чувствовала Кабаева на своей второй Олимпиаде, когда обязательно нужно было выигрывать, потому что второго такого шанса уже больше не будет…
– Уход из спорта был тяжелым?
– Первые 4 года я вообще не вспоминала, настолько большая тяжесть ответственности висит на тебе, что когда ты вырываешься на волю, просто с удовольствием дышишь. Но я не отказалась следить за спортом, какие-то нотки ностальгии остались, но это нормально. Желания выступать нет, но от тренировок я не отказалась.
– В чем секрет вашей потрясающей формы?
– После окончания спортивной карьеры я поправилась, правда, ненамного. Для сравнения, в годы выступления на помосте я весила 46 килограмм, сразу после прощания с большим спортом добавила еще 5–6 кг. А сейчас я вешу примерно 53–54 килограмма и чувствую себя превосходно.
– Как часто удается посещать Киев?
– Поскольку у меня муж работает в Москве, то второе место, куда я приезжаю после Запада, – это Россия, Москва. А в Киеве у меня живут родители. Я не так часто бываю здесь. К сожалению, меня с Украиной практически ничего не связывает, родители и так часто приезжают к нам в гости. Последний раз я была здесь полтора года назад.
– Как познакомились с мужем?
– В 1992 году мы жили в гостинице «Спорт», где у нас проходил очередной сбор перед Кубком Дерюгиной. Мы с подругой спускались по ступенькам, когда я увидела его… Так случилось, что моя подруга дала ему мой телефон, и на втором свидании мы поняли, что не можем жить друг без друга. Мы 5–6 лет прожили вместе. А затем поженились.
– Есть те места в Киеве, за которыми скучаете?
– Они уже сильно изменились за время моего отсутствия. Я люблю Печерскую лавру, Октябрьский дворец, где мы тренировались. С ностальгией вспоминаю старый Хрещатик…
– А не болит ли душа за нынешнее состояние дел в украинской гимнастике?
– Ирина Дерюгина уже давно борется за отдельный зал для девочек. Субсидировать постройку нового зала должно государство, но до этого пока руки не доходят.
– Отдали ли вы дочь в гимнастику?
– Есть детская группа, с которой я работаю в клубе один раз в неделю, мы там прыгаем, бегаем. Сколько мы не ездили на соревнования, особого интереса у нее это не вызывало. Попрыгать, побросать мячик ей интересно, а напрягаться она не любит. Пока я не вижу в ней гимнастки, но каждый выбирает сам. Пусть сама решает, чем заниматься: музыкой, рисованием, а может, сначала получить нормальное образование, а уже потом определяться.
– Не было ли предложений сниматься в рекламе, написать книгу?
– Поначалу, когда работала в Германии и параллельно выступала на помосте, у меня были контракты с некоторыми фирмами. За рубежом, там, где я работала, мы каждый год проводили международный турнир. В прошлом году они провели турнир уже без меня. Ирина Ивановна предлагает мне провести в Вене этап Гран-при Кубка Тимошенко. Но я не вижу смысла в этом, зачем? Соревнования проводятся всегда для имиджа, а в Австрии я не работаю в спорте. Что касается написания книги, то об этом пока не думала. Мемуары я буду позже писать, для своих потомков.
Документален филм (Германия) 2008
http://www.youtube.com/watch?v=GhZQ1iha … re=related
http://www.youtube.com/watch?v=T9Tt0Zxl … re=related
Видеоинтервю от 1995 г. г. http://www.youtube.com/watch?v=OV22aG1H … A400qtJWyA
Интервю от 2011 г. http://kp.ua/daily/220611/286474/

Уже больше десяти лет украинская олимпийская чемпионка Барселоны-1992 живет за границей. В Вене у Александры Тимошенко собственный бизнес, хотя и о гимнастике Саша не забывает. В Киев она приехала, чтобы подтвердить свою квалификацию гимнастического судьи, а в перерывах между занятиями и экзаменами нашла время, чтобы встретиться с корреспондентом «КП».
«В КАКОЙ-ТО МОМЕНТ ПОНЯЛА, ЧТО МОЙ ДОМ УЖЕ НЕ ЗДЕСЬ»
— Не часто приезжаете в Киев?
— Раз в год бываю точно. Мои родители по-прежнему живут в Киеве, они уже на пенсии, у них есть время бывать в Вене, проведывать свою внучку. Кристине 11 лет, у нее еще продолжаются занятия в школе, поэтому в этот раз я не смогла привезти ее с собой.
— Сколько лет вы уже живете за границей?
— Не могу сказать, что я когда-то уезжала из Украины на постоянное место жительства. После Олимпиады-92 я первый раз уехала в гости к моему будущему мужу. Но при этом продолжала учиться в Киеве. Затем около четырех лет работала в Германии тренером, какое-то время была в Америке, а уже с рождения дочки — живу в Австрии. В какой-то момент поняла, что мой дом уже, наверное, в Вене, мне комфортнее там. Хотя я всегда очень любила Киев. Я уезжала из Украины не потому, что в то время она была такой или сякой, а потому, что так сложилась моя личная жизнь. Но прекрасно помню, как у нас в тренировочном зале зимой не было отопления, как в шесть часов вечера выключали свет… Смотреть на это все и ждать, пока станет лучше, было грустно.
— Ваша дочка занимается гимнастикой?
— Кристина занимается музыкой, берет уроки вокала, играет на фортепиано, но для себя три раза в неделю ходит на гимнастику. Профессиональной гимнасткой она не будет, не хочет. И я абсолютно нормально на это смотрю. У нее красивая фигурка, двигается она тоже прекрасно, для поп-певицы ей достаточно будет (смеется).
А с гимнастикой, понятное дело, в определенном возрасте она закончит. В школе очень большая нагрузка — кроме русского, на котором она разговаривает дома и занимается с учительницей, у нее преподавание на английском и немецком, а со следующего года начинается французский. Уже хочешь не хочешь, а что-то нужно выбрасывать.
— Вы сколько языков знаете?
— Русский, украинский, немецкий и английский. В Вене, кстати, я окончила юридический университет, где обучение было на немецком.
— Почему решили пойти на юридический?
— После того как я переехала из Германии в Австрию, поняла, что хочу большего, чем тренерская карьера. Я окончила обучение и около трех лет работала по специальности в адвокатской конторе. А три с половиной года назад погиб мой муж, и мне пришлось взять на себя часть его бизнеса, я должна была привести в порядок дела. В то же время я поняла, что мне это интересно, новые идеи, новые люди, было тяжело, но я справилась.
През 2007 г. мъжът на Александра катастрофира и загива.
http://www.123people.at/ext/frm?ti=pers … wrt_id=223 Статията от 2007 г.
Bei einem schrecklichen Autounfall in Niederösterreich starb der Oligarch Oleg Seredzinski. Er war einer der ganz Großen Russlands.

Für die Polizei klang die Alarmierung vorerst wie eine, die sie allzu oft hören muss: Schwerer Verkehrsunfall auf der Brünnerstraße kurz nach der Wiener Stadtgrenze. Ein Toter. Doch als sich herausstellte, wer das Opfer war, das am Freitag mit seinem Luxuswagen in einen Tanklaster raste, da wurde der Einsatz zu einem, den sie so schnell nicht vergessen werden.
Prügelknabe
Der Tote war einer der Großen Russlands. Er besaß sogar ein Promi-Fußballteam namens „Starko“. Oleg Seredzinski (37) spielte in derselben Liga wie Oligarch Deripaska. Und wie der, pflegte auch Seredzinski beste Kontakte in die österreichische Bau- und Bankerbranche. Der geheimnisvolle Milliardär machte erstmals im August Schlagzeilen. Damals ließ er bei einer Society-Party am Wörthersee einen Kamermann verprügeln, der ihn filmen wollte. Seredzinski wollte eben geheimnisvoll bleiben.
Familienfest
Der gute Freund des russischen Präsidenten Wladimir Putin hat in Österreich seine zweite Heimat gefunden. Dass er auch hier sterben würde, wagte niemand zu denken. Am Freitag war Seredzinski unterwegs zu seinem Gut nach Falkenstein im Weinviertel. Dort wollte der 37-Jährige mit seiner Frau der Olympiasiegerin Alexandra Timoschenko (35) und seiner Tochter Christina Weihnachten verbringen. Die Kleine wäre heute acht Jahre alt geworden.
Immobilien
In Niederösterreich war der junge Milliardär bei der High-Society für sein gut bestücktes Jagdrevier beliebt. In Kärnten für seine Investitionen. Im Schloss Seefels am Wörthersee erstand der Russe kürzlich eine 200 Quadratmeter-Suite um 1,4 Millionen Euro, in der Wiener City besaß er ein Penthouse. In Russland betrieb der umtriebige Geschäftsmann ein Unternehmen mit knapp 2.000 Mitarbeitern.
All seine Besitztümer in Österreich dienten einem Zweck: In diesem Land Fuß zu fassen und kräftig zu investieren. Am Freitag Abend endete dieser Plan in einer Tragödie.

ВОЗВРАЩЕНИЕ. Александра Тимошенко: мы пошли не тем путем…

Хотели как лучше, а получилось как всегда. Вместо того чтобы сидеть в зале и смотреть соревнования гимнасток на Гран-при “BelSwissBank”, олимпийская чемпионка Александра ТИМОШЕНКО ожидает свой багаж в гостиничном номере. Легендарная авиакомпания, об огрехах которой наша газета пишет едва ли не в каждом номере, и на этот раз не изменила себе. Рейс из Вены, где сейчас проживает Александра, прибыл вовремя, вот только ее вещи традиционно затерялись где-то на полпути из капитализма в социализм…

Над получением чемодана Саша бьется уже вторые сутки, ведя бесчисленные разговоры с представителями компании. “А вы на них в суд! — предлагаю я радикальный способ. — В нашей стране за моральный ущерб можно нормально “бабок” срубить. Скажите, мол, переживала, ночью не спала, много думала о том, что завтра нечего надеть. Дело — верняк, считай, тысяч 20 баксов уже в кармане. Забота о простом человеке — гуманизм, незыблемые ценности…”
Саша смеряет меня внимательным взглядом и недоверчиво улыбается. И снова во всем виновато белорусское телевидение. Как назло, по “ящику” показывают субботник. В этот день неизвестно куда девшиеся дворники уступают метлы любому желающему, и понеслась…
Связать субботник с компенсацией морального ущерба может лишь человек с изрядной долей воображения. Я на секунду закрываю глаза, представляю строительную каску, нахлобученную на голову Буша, и мастерок, с помощью которого он, высунув кончик языка, нежно и кропотливо закладывает фундамент какой-нибудь нью-йоркской библиотеки… Нет, не получается…
У Саши тоже. Как профессиональный юрист она на пальцах объясняет мне разницу между американским и австрийским законодательствами. Если у американцев доказанное ущемление собственных прав и свобод может компенсировать целым состоянием, то у прижимистых европейцев оно потянет на куда более скромную сумму. Впрочем, у последователей рыночной экономики есть и много общего…
“Не представляю, чтобы в Австрии кто-нибудь вышел на субботник. Да чего далеко ходить, даже в России и на Украине их уже давно нет. Люди не понимают, как это можно — работать бесплатно…”
Нет, неправильно это. Опять разговор у нас почему-то начинается не с того конца. Газета ведь в конце концов спортивная. Голы, очки, секунды. Поляна, огороженная со всех сторон хоккейными бортиками. Шайбу, шайбу! А с другой стороны, мне почему-то очень радостно от того, что Саша Тимошенко сумела перепрыгнуть этот бортик, являющийся для подавляющего большинства больших спортсменов воистину Берлинской стеной. Р-раз — и готово. Другая жизнь в твоих глазах — так, что ли, в песне поется?
Из всех олимпийских чемпионок по художественной гимнастике, за исключением разве что несчастной победительницы Лос-Анджелеса канадки Фанг, которую отчего- то мы всячески затираем, жизнь Саши была скрыта от глаз пытливого болельщика более всего. Она уехала из родного Киева вскоре после выигрыша золота в Барселоне и, судя по тому, что мы не видели ее в составе украинской сборной хотя бы за судейским столиком, не очень-то рвалась обратно в гимнастику. Наверное, ей было хорошо и без нее, этой вечной отличнице Тимошенко. Сейчас Саша говорит, что любимый вид спорта для нее — лишь хобби. Занятие на уик-энд. Судья по выходным, адвокат по рабочим — с такими умельцами я еще точно не сталкивался…
— Саша, а если бы в Сеуле Тимошенко все-таки не проиграла Марине Лобач, то у нее хватило бы сил на следующую Олимпиаду? Ведь в том числе и поэтому двукратных олимпийских чемпионок в личном первенстве мир еще не знает…
— Трудно сказать. Но в 16 лет — а именно столько мне было в 1988 году — с гимнастикой точно не заканчивают. Уже не помню, насколько хотела золота на тех Играх, но на меня все очень сильно надеялись. Ведь на чемпионате Европы я победила в многоборье. Разделив, правда, первенство с болгарками Дунавской и Колевой.
Но судьба распорядилась так, что в Сеуле все — я, Дунавска и Панова, заменившая в составе болгарской сборной Колеву, — потеряли булавы. А Марина прошла весь турнир ровно, без ошибок. В той гимнастике этого хватило для того, чтобы стать олимпийской чемпионкой.
— А когда, по вашему мнению, гимнастика была более популярной — в 80-е или сейчас?
— Если говорить о бывшем Союзе, то, безусловно, тогда она вызывала больший интерес у болельщиков, нежели теперь. Еще года четыре назад делались выводы о том, что художественная гимнастика имеет положительные тенденции в своем развитии на международной арене, а сегодня ее популярность откровенно падает. Вид спорта становится слишком тяжелым и сложным — и поэтому мало кто из родителей отдает туда детей.
И все это понимают. Вчера я разговаривала на эту тему с Ириной Лепарской, которая придерживается такого же мнения, но тем не менее мы по-прежнему дружно бежим не в ту сторону. “Baby Cup” все смотрят с умилением. Эстетическая гимнастика, которой занимаются многие бывшие “художницы”, тоже воспринимается на ура. Это именно тот красивый и грациозный вид спорта, от которого мы ушли.
Современная художественная гимнастика переживает кризис. Она не интересна зрителям, и от этого идут все беды.
— Но, честно говоря, государство гораздо больше интересует не число зрителей на соревнованиях, а количество медалей на чемпионатах мира и Олимпиаде. Даже если трибуны будут сиять девственной чистотой, оно продолжит щедро финансировать этот вид спорта.
— Но вы, наверное, говорите за Беларусь, Россию и Украину. А я имею в виду общемировые тенденции. Например, в Америке, как ни бьются, никак не могут сделать художественную гимнастику популярной. В Европе тоже все очень хорошо умеют считать деньги, и там выживают только те виды, которые привлекают зрителей своей зрелищностью. Именно по этой причине гимнастика спонсорам не интересна. Как шоу — да, а как соревнования — нет. Вы это прекрасно видите в Минске. “Baby Cup” и “Шоу звезд” притягивают больше зрительского внимания, чем непосредственно сам Гран-при.
Болельщик не будет ходить на турниры, правила которых непрерывно усложняются и доходят до такой степени, что разобраться в них может разве что человек, закончивший специальные курсы. Когда имели десятибалльную шкалу оценок, как-то еще ориентировались, и обычно зрительские и судейские симпатии совпадали. Теперь же они расходятся диаметрально противоположным образом. А если вид спорта существует преимущественно для судей, нечего удивляться тому, что трибуны пустеют…
И эти тенденции довольно печальны, ибо Международный олимпийский комитет если и стремится расширять программу Игр, то только за счет тех видов, которые теряют популярность…
— Ваш прогноз пессимистичен…
— Абсолютно не хочется накликать какие-то беды на мой любимый вид спорта, тем более что сейчас техком в очередной раз пытается переделать правила соревнований: теперь количество сложностей немного уменьшилось, и во время выполнения упражнения гимнастка успевает хотя бы пару раз улыбнуться зрителю. Но все равно, это лишь косметический ремонт, не решающий глобальных проблем.
Мне кажется, что сейчас эстетическая гимнастика имеет более поступательное движение, хотя она все же не так распространена, как художественная, обладающая олимпийским статусом. Впрочем, и у художественной, когда она входила в олимпийскую семью, были очень хорошие перспективы. Была и хорошая материальная поддержка, но потом мы двинули куда-то не туда. В погоне за сложностью исчезло главное — то, за что спонсоры, которые, как правило, являются мужчинами, любили наш вид — женственность.
Хотя легче всего сейчас кого-то критиковать, да и мне не хочется брать на себя такую ответственность. Вопрос действительно сложный. Но вдвоем мы его все равно не решим, верно?
— На меня точно можете не рассчитывать, а олимпийской чемпионке сам бог велел спасать любимый вид спорта…
— Хм… Мне кажется, что самые главные наши трудности связаны с маркетингом. Знаете, в Вене располагается штаб-квартира Европейской федерации гандбола. А поскольку у меня в России хорошие знакомые, то я иногда помогаю решать какие-то вопросы клубу “Лада” из Тольятти. Соответственно, приходится иметь дело с ЕГФ, и я откровенно завидую уровню ее маркетинга. Они приглашают на семинары, рассказывают, как надо делать клипы, рекламные ролики, как находить спонсоров, как следует с ними разговаривать и так далее — все очень подробно.
Сегодня художественной гимнастикой в мире руководят женщины достаточно зрелого возраста, которые чисто физически не успевают закрыть многие вопросы, и поэтому в нашей деятельности много слабых мест. Взять те же деньги. Если нам дают три копейки, то мы их тут же с большой радостью хватаем, не замечая, что тем самым… Не то чтобы унижаем себя, просто как бы говорим: “Да, мы маленькие и такими же и останемся”.
— Были маленькими, Саша. Теперь хватит, баста! Наездились на нашем горбу. Собираете все здоровые прогрессивные силы — навскидку вспоминаются фамилии Серебрянской, Витриченко, Кабаевой и так далее — и идете прямо в международную федерацию. Мол, давайте будем жить теперь по-новому. Нет, сперва никуда не идете. Просто садитесь в одной комнате, голова к голове, и как уже достаточно опытные менеджеры и организаторы начинаете мозговать, как вам лучше сделать художественную гимнастику предприятием, в которое хотелось бы вкладывать деньги…
— Ну, во-первых, не так-то уж просто собрать всех в одном месте. Все-таки у каждой из девчонок своя жизнь. Хотя, понятно, все скажут: “Конечно, давайте встретимся”. Но заняться этим должен все равно кто-то один. Разработать план. Чтобы все серьезно было. Но даже если все получится так, как вы сказали, то вряд ли нашу группу примут в ФИЖ или УЕЖ с распростертыми объятиями. Так было всегда — все новое обычно воспринимается если не в штыки, то, во всяком случае, с настороженностью. А тратить 5 или 7 лет жизни на то, чтобы кому-то доказать очевидные вещи, борясь за одну только идею, честно говоря, не очень-то хочется. Думаю, все может поменяться лишь тогда, когда люди начнут уходить по возрасту.
Посмотрите, кто из бывших олимпийских чемпионок сегодня заседает в УЕЖ или ФИЖ? Туда не так-то легко попасть. Мне обещает поддержку наш спорткомитет, мол, давай, Саша, мы тебе поможем. Но все это получается слишком уж идеологично…
Я сдала экзамен на судью, но сейчас для меня это дело скорее как хобби на выходных.
— Хобби не хобби, а делать результат для родной страны придется, куда уж тут денешься…
— Знаете, вот как раз “что-то делать” мне бы и не хотелось…
— Так поначалу никто не хочет, а потом ничего, втягиваются. И когда после очередного чемпионата мировые агентства распространяют список дисквалифицированных судей, я понимаю, что все они, честно выполнив долг перед родиной, погибли на линии огня…
— Ну, это не факт, что все они погибли по одной причине. Может быть, кто-нибудь, наоборот, пострадал из-за независимого суждения, верно? Ведь все достаточно субъективно.
Например, Алина Кабаева — прекрасная гимнастка, но не думаю, что она обязана была выиграть Олимпиаду в Афинах. Россиянка делала ошибки, однако сбавки за них уступали заявленному уровню сложности. И это не нормально.
На мой взгляд, золотую медаль должна была получить либо Чащина, либо Бессонова.
— Ах, Саша, как иногда легко из-за какой-нибудь строки в куплете нажить себе неприятеля. Честно говоря, не представляю, каким образом вам вообще удается дружить друг с другом после стольких лет, проведенных на одном ковре в условиях жесткой конкуренции…
— Тут все от человека зависит. Я, например, дружу с Катей Серебрянской, хотя мы живем на почтительном расстоянии. Хорошие отношения с Леной Витриченко. А вот с Оксаной Скалдиной, с которой сидели за одной партой с 6-го класса, наоборот, нет никаких отношений. Вероятно, потому, что по жизни у нас разные характеры: я — спокойная, а Оксана, если так можно выразиться, боевая девушка.
Но в принципе это нормально. Мне Альбина Николаевна Дерюгина рассказывала, что Тамара Ерофеева тоже плохо уживалась с Аней Бессоновой. Первая садилась на площадку и говорила: “Я ее сюда не пущу!” Аня уступала, хотя абсолютно понятно, что больше проблем по жизни будет именно у неуступчивой Ерофеевой.
Женщинам тяжело дружить, если они соревнуются. Не думаю, что Кабаева с Чащиной закадычные подруги. Все-таки Ира слишком долго находилась в тени Алины. На мой взгляд, они хоть и абсолютно разные, но все же одинаково хорошие гимнастки. И вполне логично было бы, если хотя бы иногда они делили пальму первенства. Но почему-то этого никогда не происходило. В наше время такого не наблюдалось: если Скалдина выступала лучше меня, то она и располагалась на пьедестале выше.
— А давайте проведем заочный чемпионат среди лучших гимнасток в истории этого вида спорта. Версия Александры Тимошенко.
— Хорошо, начнем с сегодня. Бессонова, Чащина. Мне всегда очень нравилась Марина Лобач. Поэтому назову ее третьей. Витриченко, Белоглазова. Болгарка Петрова, особенно в то время, когда она заканчивала карьеру. На самом деле, больше всего люблю зрелых гимнасток, которые могут преподнести себя и завести публику. Для меня гораздо ценнее образ, чем высота прыжка и скорость передвижения по площадке. Поэтому в списке нет Кабаевой.
Хотя Алина, безусловно, человек уникальный. Ни один человек не делает столько сложностей, как она. Даже прыжки у нее какие-то нереальные, мужские. Благодаря Кабаевой художественная гимнастика стала популярна в России, но непопулярна за ее пределами. 99 процентов людей в мире не умеют так загибаться. И уж тем более этому невозможно научить западных детей, ибо применять к ним физическую силу, в отличие от наших, категорически не рекомендуется.
— Я так понимаю, мы плавно переходим к тому времени, когда после окончания карьеры спортсменки вы работали тренером в немецком Ульме…
— О том периоде у меня остались лишь положительные воспоминания. Мне предоставили полную свободу действий, и я делала то, что считала нужным. Разумеется, соотнося все это с местным менталитетом.
— Отчего-то кажется, что вам это давалось легче, чем другим…
— А мне всегда все давалось легко. Когда закончила выступать, то не покидало ощущение, будто я постоянно отдыхаю от тренировок. Не важно, что ты делаешь, одна только мысль о том, что не надо напрягаться физически, приводила в приподнятое расположение духа.
— В тот период у вас, наверное, планов было громадье…
— Если честно, то последний год перед Олимпиадой-92 мы работали за идею. Вокруг все разваливалось, и с каждым месяцем этот процесс только усиливался. Вечером в Киеве на улицах не было света, роль иллюминации исполняли фары проезжавших машин. Дома — холодные батареи и те же бесконечные отключения света.
Сегодня, конечно, с Украины никуда не уехала бы, но тогда не имела на родине никаких серьезных предложений и отправилась к своему любимому человеку. Мой будущий муж занимался бизнесом в Вене. Целый год там учила язык. Тренером в столице Австрии работать не могла, так как мне просто не нашли ставку в национальной команде. При всем их желании. Это к нашему разговору о любительском статусе вида спорта в Европе.
В Германии с работой по специальности было полегче, но я не могла постоянно разрываться между тренировками в клубе и мужем. Потому через несколько лет уже окончательно вернулась в Вену. Ждала ребенка и одновременно думала о том, чем же заниматься дальше.
Честно говоря, всегда мечтала стать юристом. Понятное дело, во время занятий спортом даже и не задумывалась об осуществлении этого желания — как и многим, мне пришлось заканчивать Киевский институт физкультуры. Так почему же было не воспользоваться выпавшей возможностью? Тем более что в Венском университете довольно демократические порядки — там никто не отслеживает твои пропуски и каждый студент вправе сам избрать график посещения лекций. Очень удобно для молодых мам…
После окончания университета надо проработать 9 месяцев в суде — что-то вроде обязательной практики. Затем можно стать судьей. Но подобной прерогативой пользуются только австрийские граждане, а по паспорту я все-таки остаюсь украинкой. В нотариусы тоже пробиться непросто — это достаточно клановый вид деятельности, его еще называют семейным бизнесом. Можно работать юрисконсультом в какой-нибудь компании, но мне это не очень интересно, во всяком случае пока.
Поэтому отправилась в адвокатскую контору. Круг обязанностей — юридическое обеспечение экономической деятельности. Тружусь там год и могу сказать, что справляюсь со своими обязанностями достаточно успешно. Да и работа интересная…
— Насколько престижна в Австрии профессия адвоката?
— Не думаю, что люди в принципе занимаются чем-то ради престижа. Если тебе что-то интересно, то ты будешь стремиться реализовать себя в этой области. И даже тем же адвокатом способен стать далеко не каждый. Можно отлично учиться в университете, но если у человека не хватает чего-то такого, что выделяет его из общей массы, то ему очень трудно будет стать успешным. Не средним.
— А сколько, кстати, в Австрии средняя зарплата?
— Ой, не знаю. Здесь принято считать, что на Западе зарабатывают очень много, но на самом деле там практически все живут в кредит. Ну, скажем, продавец в венском магазине получает 1000 евро. Это не очень много, учитывая то, сколько приходится платить за квартиру и коммунальные услуги. Если у тебя нет жилья, то вполне можно арендовать двухкомнатную квартирку за 300-400 евро.
Но вообще-то сейчас экономика страны находится не в лучшем состоянии — Запад в очередной раз загнивает. Политику правительства можно понять — оно не хочет платить своим гражданам слишком много, ибо все перестанут работать. Хотя австрийцы все равно при случае очень любят пожаловаться на жизнь. Но так, наверное, происходит везде. Думаю, на свете существует мало людей, которых удовлетворяет собственная зарплата.
— Как вам местный менталитет?
— Похож на наш. Типичный пример. Звонишь в мэрию по какому-нибудь вопросу, а там тебе что-то типа: “Ну че надо?” Не буквально, конечно, но подспудно читаешь в голосе собеседника желание побыстрее с тобой распрощаться. В Германии такого не бывает — там все очень милы. Наверное, в них до сих пор живет чувство вины перед всем миром. Шутка.
— Вас там, часом, не причисляют к представителям русской мафии?
— Одно время выходцы из СССР были в Австрии очень популярны. Само понятие “новый русский” вызывало у них прилив восторга. Затем приоритеты сменились. Если где-нибудь кого-то застрелили, то первым, кого заподозрят в газетах, будет русская мафия.
Я часто слышу рассказы каких-то русских старушек из первой волны эмиграции, что когда они заходят в кафе, то слышат за спинами шепоток: “О, русская мафия пожаловала…”, но сама с подобными вещами не сталкивалась. Так же, как и с тем, что ко многим переселенцам из Союза австрийцы, да и не только они, относятся без излишней симпатии.
Наверное, все зависит от самого человека. В немецком Ульме проживало очень много казахов, и они не очень-то заботились о том, как их будут воспринимать местные жители. Они приезжают и садятся на “социалку”: им дают бесплатные квартиры, оплачивают уроки немецкого и каждый месяц платят по 600 евро. Эти люди вполне довольны своим положением и годами нигде не работают.
У нас в гимнастическом клубе тренировалась русская девочка. Мы устроили ее родителей на работу в частные фирмы, где они делали то, что могла позволить им квалификация. Мама охала и постоянно стремилась сесть на больничный. Дело закончилось тем, что ее засекли в магазине в то время, когда она должна была лежать в кровати. Причем сделал это работник той же фирмы, показав тем самым настоящий немецкий характер.
А вообще-то немцы мне нравятся. Они хорошие люди, которые привыкли относиться к любому делу добросовестно, и нет ничего странного, что требуют того же и от приехавших в их страну.
Америка, наоборот, раздражает. Народ там довольно ограниченный. Вот уж где не хотела бы жить… Понятно, что пролетариат есть везде, но там он уж слишком какой-то хрестоматийный. Эти жуткие безразмерные бутерброды, литр колы со льдом, которой родители потчуют четырехлетнего ребенка… Не скажу, что в этой стране совсем нет умных людей, иначе США не были бы мировым лидером. Просто Европа по менталитету мне ближе.
— Когда в Киеве бушевала “оранжевая” революция, за кого болела Александра Тимошенко?
— Ни за кого. Я не знаю Виктора Ющенко и не могу судить о том, пойдет ли на благо Украине смена власти. Поживем — увидим. Хотя в Австрии перемены на Украине восприняли довольно-таки оживленно. Ющенко приезжал лечиться в Вену, эта больница расположена, кстати, недалеко от моего дома. А австрийцы любят, когда им выпадает шанс поучаствовать в мировой политике. Пусть даже таким образом.
Я буду рада, если Ющенко придаст стране новый импульс, тем более что она несколько застопорилась в развитии. Однако, если судить по словам моих знакомых и друзей, поводов для оптимизма пока немного. Интереса к спорту — ноль. Это значит, что денег не дадут. Высказываются примерно так: “Спортсмены должны выступать не за премии, а за страну”. Это понятно, но людям ведь надо что-то еще и кушать…
И у вас, и у нас спорт — это одна из составляющих лица державы на международной арене. Хорошо, давайте уберем спорт и культуру как отрасли, сами себя не окупающие, а требующие государственных затрат. И что получится, кому от этого станет лучше?
— Но, с другой стороны, какой смысл тащить за собой целую кучу непопулярных видов, которые откровенно дышат на ладан, собирая мизерные зрительские аудитории даже на чемпионатах мира? Может, проще выписать им командировку в один конец и сконцентрироваться на преуспевающих дисциплинах?
— Думаю, к этому в итоге все и придет. Хотя та же художественная гимнастика на Украине очень популярна. Когда в Киеве проводится Гран-при, то в любой день 10-тысячный Дворец спорта забит до отказа.
— За бесплатно и у нас 10 тысяч придет.
— Чтобы провести Гран-при, надо затратить как минимум 250 тысяч долларов. Так что доход от билетов — это, по существу, копейки. И с другой стороны, если вы в Германии или во Франции объявите вход на соревнования “художниц” бесплатным, вряд ли будет аншлаг.
— Опять мы возвращаемся к теме непопулярности грациозного вида в глобальном масштабе…
— Знаете, иногда я завидую другим видам спорта белой завистью. Той же спортивной гимнастике, гандболу. Там есть мужчины… Как показывает практика, наличие сильного пола в каком-либо предприятии тут же делает его работу более осмысленной. Впрочем, я не уверена, что даже толковые мужские головы сумели бы что-то принципиально изменить в судействе нашего вида спорта. Беда, может быть, именно в том, что зрители как раз-таки хотят видеть в нем не спорт, а шоу. А разве искусство оценивается баллами? Что наберет больше очков — “Война и мир” или “Преступление и наказание”?
А вообще-то мы с вами далековато забрались. Вы задаете вопросы, на которые трудно давать односложные ответы.
— Хорошо, вернемся в день сегодняшний. Вы предвидите такой вариант, что молодую судью Александру Тимошенко вскоре одернут свои же. Мол, знай, милочка, свое место в общем механизме. Суди, как все…
— Все может быть… Но у меня есть взгляды, которыми не собираюсь поступаться. Конечно, принципы — это хорошо, но, когда у человека нет другого выбора, ему приходится чем-то жертвовать. Независимый человек в этом плане малоуязвим, и потому системе более интересна не Тимошенко, Серебрянская или Кабаева, а девочка из-под Харькова, Саратова или Гродно, которая смотрит на главного тренера сборной с восторгом, даже если ее будут затаптывать в грязь.
— Зато классно, наверное, чувствовать себя свободной…
— Не хочется оказаться в нашем интервью белым лебедем — понятно, что в любом случае арбитр всегда судит от своей страны и неизменно имеет в виду ее результат, но спорт все же должен оставаться спортом.
— Даже в Австрии?
— Я не могу и не желаю работать там тренером. Ну не должен спортсмен, достигший достаточно высокого уровня, заниматься с детьми, родители которых ничего не хотят. Меня с легкостью заменит любой учитель физкультуры.
Кроме того, возможно, тренер вообще не мое призвание. А работа за столиком возле ковра полезна еще и по той причине, что для избрания в УЕЖ или ФИЖ надо иметь судейскую категорию. Как говорится, step by step. Я должна повариться на этой кухне, для того чтобы через, скажем, четыре года баллотироваться в европейский техком. Все-таки гимнастика — это значительная часть моей жизни, чтобы так легко можно было от нее отказаться.
— На Украине дочки известных “художниц” часто идут по стопам мам. Ваша дочка Кристина не будет исключением из правил?
— Я всегда за то, что если уж чем-то занимаешься, то стоит делать это серьезно. Но в Австрии невозможно вырасти в гимнастку высокого класса. Не тот уровень внутренней конкуренции. Так что мои занятия с Кристиной направлены исключительно на укрепление ее здоровья. И это нормальный европейский подход. Там довольно высокий уровень жизни, и родители не озабочены вопросом о том, как сделать так, чтобы их ребенок выезжал за пределы страны и видел другую жизнь. Там все есть и никуда не надо ехать. А если вдруг захочется, то можно купить билеты и полететь на экскурсию в любую точку земного шара.
— Следует полагать, Вена как место жительства вам нравится…
— Очень комфортный город. Мне в нем хорошо. Там какая-то удивительная аура, отличающая его от всех других городов. Вена очень напоминает Киев. Знаете, австрийцы говорят про себя, что они люди завистливые. И про украинцев ходят аналогичные истории. Но я отчего-то этого не чувствую. Ну нет в моем окружении тех людей, от которых идет негативная энергия. Или, может быть, мне просто везет с друзьями?
Наверное, везет… Самое место тут вплести в наше повествование заезженный спортивный штамп о том, что везет сильнейшим. При всей своей хрупкости и завидной отточенности фигуры, кажется, ничуть не изменившейся со времен Барселоны-92, Саша обладает даром притягивать к себе внимание в любой толпе. Очень удобно для человека, занимающегося адвокатской практикой.
Интересно, кого и от кого она будет защищать в художественной гимнастике XXI века? И сможет ли изменить слегка надменное лицо своего любимого вида на другое, чуть более умное и не ограниченное размерами четырехугольника гимнастического ковра?
Не знаю, не уверен… Хотя признаюсь, что с большим удовольствием написал бы следующее интервью с Сашей Тимошенко в рамках уже совсем иного, скажем, пиар-медийного проекта…

Сергей ЩУРКО

Тимошенко, Александра Александровна

Александра Александровна Тимошенко
Личная информация
Пол женский
Страна
  • Украина
  • СССР
Специализация художественная гимнастика и спортивная гимнастика
Дата рождения 18 февраля 1972 (47 лет)
Место рождения
  • Богуслав, Киевская область, Украинская ССР, СССР
Рост 162 см
Вес 40 кг
Награды и медали

Олимпийские игры
Бронза Сеул 1988 многоборье
Золото Барселона 1992 многоборье

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Тимошенко.

Алекса́ндра Алекса́ндровна Тимоше́нко (18 февраля, 1972, Богуслав, УССР, СССР) — советская и украинская спортсменка по художественной гимнастике. Заслуженный мастер спорта СССР (1989).

Когда Александре был семь лет, её отец (строительный инженер), был приглашен работать в Киев. Там с 8 лет началась её подготовка в Дерюгинской Школе художественной гимнастики, где она тренировалась у знаменитых Альбины и Ирины Дерюгиных.

В возрасте 14 лет она становится чемпионкой СССР среди юниоров и вскоре завоёвывает три медали в европейском первенстве: золото в упражнениях со скакалкой, серебро с обручем и бронза с лентой. Затем, стабильно выступая на различных межреспубликанских соревнованиях внутри СССР, она становится гимнасткой номер два после Марины Лобач, тем самым завоёвывая право выступать в 1988 на европейском чемпионате.

На европейском чемпионате 1988 года в Хельсинки (Финляндия) она поделила звание абсолютной чемпионки с двумя болгарками — Элизабет Колевой и Адрианой Дунавской. Там она также завоевала три золотых медали в отдельных видах программы: золото с обручем, булавами и скакалкой. Несколько месяцев спустя она завоевала бронзовую медаль в многоборье на Олимпиаде в Сеуле (Республика Корея), и только после этого она впервые становится Чемпионкой СССР в многоборье.

Когда в июне 1989 на чемпионате СССР в Красноярске Александра должна была выступать с мячом, параллельно с ней другая девушка проводила выступления с лентой. В тот момент, когда Александра делает сальто, эта девушка случайно задевает её палочкой от ленты, что приводит к рассечению века. Врачи остановили кровь, однако казалось, что всякая надежда на продолжение соревнований для Александры была потеряна. Тем не менее на следующий день она продолжила соревнования и завоевала титул чемпионки.

В 1992 на Олимпиаде в Барселоне (Испания) Александра завоёвывает золото в индивидуальном многоборье.

В 1992 Александра Тимошенко закончила спортивные выступления. В настоящее время живёт в Австрии. Там она получила юридическое образование и сейчас работает в адвокатской конторе.

Спортивные достижения

  • 1987 Чемпионат Европы среди юниоров — 1-е место со скакалкой, 2-е место — обруч, 3-е место — лента, 7-е место — многоборье.
  • 1988 Чемпионат Европы — 1-е место за выступления со скакалкой, обручем, булавами; 7-е место — лента, 1-е место — многоборье.
  • 1988 Олимпийские игры Сеул (Республика Корея) — 3-е место — многоборье.
  • 1989 Финал Кубка Европы — 1-е место — многоборье, лента, мяч; 2-е место обруч, 3-е место — скакалка
  • 1989 Чемпионат Мира — 1-е место — многоборье, скакалка, обруч, мяч; 2-е место лента.
  • 1990 Игры доброй воли — 1-е место обруч, лента; 4 место — многоборье.
  • 1990 Чемпионат Европы — 2-е место скакалка, обруч; 1-е место мяч, многоборье.
  • 1991 Финал Кубка Европы — 1-е место скакалка, обруч, мяч, булавы, многоборье.
  • 1991 Гимнастические Игры — 1-е место скакалка, обруч, мяч, булавы, многоборье.
  • 1991 Чемпионат Мира — 1-е место скакалка, обруч, мяч, булавы, команда; 2 место — многоборье.
  • 1991 Чемпионат Европы — 1-е место обруч, мяч, булавы; 2-е место — скакалка, многоборье, 5-е место команда.
  • 1992 Олимпийские игры Барселона (Испания) — 1-е место — многоборье.

  • Фото с сайта Украинской художественной гимнастики
  • Миронова В. Александра Тимошенко: Жалко себя бывает до слез // Спорт-экспресс. — 1991. — № 50 (22 октября). — с. 8.

Олимпийские чемпионки по художественной гимнастике в индивидуальном многоборье

  • 1984: Лори Фанг
  • 1988: Марина Лобач
  • 1992: Александра Тимошенко
  • 1996: Екатерина Серебрянская
  • 2000: Юлия Барсукова
  • 2004: Алина Кабаева
  • 2008: Евгения Канаева
  • 2012: Евгения Канаева
  • 2016: Маргарита Мамун

25 лет Олимпиаде в Барселоне. Главный скандал глазами Оксаны Скалдиной

Четверть века назад отбор в олимпийскую сборную по художественной гимнастике превратился в громкий скандал. Одно место заняла украинка Александра Тимошенко, а на второе претендовали ещё одна украинка Оксана Скалдина и россиянка Оксана Костина. В итоге после долгих обсуждений в команду попала Скалдина, которая в Барселоне завоевала бронзу. Костина спустя полгода после Игр-1992 погибла в автокатастрофе. О том, что на самом деле тогда происходило, кто помог пережить всю эту ситуацию, какие чувства были внутри после гибели бывшей подруги для проекта «Братство конца» рассказала Оксана Скалдина.

Братство конца. Как побеждала разваливающаяся империя 25 лет назад невнятная сборная СНГ без флага и племени поехала на Олимпиаду в Барселоне. Это был конец империи, и наш спецпроект – о нём.

«В Барселоне всё было бесплатно. И ничего было нельзя!»

— Вы часто вспоминаете Олимпиаду в Барселоне?
— Крушение всех своих надежд – самое яркое воспоминание. А если серьёзно, воспоминания хорошие. В Барселоне я познакомилась со своим будущим мужем. Мне не с чем сравнивать, но те, кто был на других Олимпиадах, говорят, что в Барселоне по сравнению с другими Играми были великолепные по тем временам условия – проживание, питание, атмосфера. От парада закрытия остались просто обалденные впечатления.

— Когда вы приехали в Барселону?
— Вот это была большая проблема. Мы приехали за 10 дней до старта, там же проводили тренировки. Это было очень тяжело. Мы жили на берегу моря – очень хотелось сходить искупаться, но ничего сделать было нельзя. Ещё было тяжело от того, что большая часть спортсменов объединённой команды уже выступила. Кто-то рыдал от горя, кто-то радовался от счастья – всё это было на наших глазах. В Олимпийской деревне постоянно салюты по окончании дня, чествования призёров, а тебе ещё больше недели до выступления.

— Сколько раз в день вы тренировались тогда?
— Два раза по три часа. Между тренировками – свободное время. Лучше бы его не было, хотя именно в это время мы иногда успевали посмотреть и другие соревнования, поболеть за друзей, знакомых.

Братство конца. «Не взяли, потому что подонки» Национальный вопрос, «подставы» и подлость, внезапные контрольные схватки – так отбиралась объединённая команда на Олимпиаду в Барселоне.

— Почему?
— Потому что в Олимпийской деревне всё было бесплатно, включая «Макдональдс». А у нас в художественной гимнастике контроль веса постоянный. И вот ты смотришь на всё это роскошество и… проходишь мимо, потому что ничего нельзя! Я мечтала о том, что, когда закончу соревнования, обязательно пойду и попробую всё, что только возможно. Но после завершения выступления есть почему-то совершенно не хотелось. В общем, это было настоящее испытание для 20-летней девушки.

— Непосредственно в Барселоне командой кто руководил?
— Альбина Николаевна Дерюгина. Все вопросы решала она. У нас тогда, по-моему, не было хореографа, но были врач, массажист, другие тренеры.

Фото: РИА Новости

«Я либо на море пойду, либо на тренировку. Только сразу скажите»

— Давайте вспомним историю отбора в олимпийскую сборную, когда стоял выбор между вами и Оксаной Костиной.
— Сейчас я уже спокойно к этому отношусь. А тогда в июне, вроде бы, было голосование на эту тему на Совете министров спорта стран СНГ. Тогда за моё включение в команду проголосовали 11 человек, один или два – против. А за два дня до начала турнира по художественной гимнастике в Барселоне состоялось второе голосование.

— Перед этим голосованием сильно волновались?
— Да вообще вся эта ситуация выбивала из колеи. Мы до последнего не знали, кто будет выступать! Когда Альбина Николаевна уходила на голосование, я её попросила: «Когда всё закончится, скажите мне сразу, пожалуйста. Я либо на тренировку пойду, либо на море. Только чтобы не ждать больше». Она пришла и сказала, что меня выбрали с перевесом в один голос – 6-5.

— Насколько это всё сказалось на вашем выступлении?
— Психологически я была сломлена ещё до поездки. Для меня Олимпиада в Барселоне была единственной в карьере и очень тяжёлой.

Фото: Из личного архива Оксаны Скалдиной

— Но вы сами дали повод к тому, чтобы в 1992-м в вас начали сомневаться.
— Возможно, тем более, что у меня был очень непростой характер. Но своё право в команде я заслужила честно, выиграв чемпионат СНГ в мае. И на Кубке СНГ, про который потом много говорили, я же была второй. Мы с Оксаной Костиной опередили тогда Александру Тимошенко. То есть в число двух сильнейших гимнасток я вошла и на том, и на другом турнире, плюс была чемпионкой мира 1991 года. Мне кажется, что споры о моём включении в олимпийскую сборную – чистая политика, не имеющая к спорту отношения.

— Вы не слишком удачно выступили на предолимпийском чемпионате Европы во Франции…
— В многоборье я стала пятой в личном многоборье и в команде, но при этом три золота в отдельных видах завоевала. К тому же, этот турнир никак не должен был влиять на отбор в олимпийскую сборную. До конца мая вообще не стоял вопрос о том, кому ехать на Олимпиаду. Я же выиграла чемпионат СНГ, Тимошенко была второй, а Костина – только четвёртой.

В 1990-м на чемпионате Европы кто-то из нашей делегации перед церемонией награждения мне сказал: «Не вздумай пожимать Петровой руку!» В Барселоне на подсознательном уровне во мне сидело это, только по отношению к Паскуаль.

«Я уже купила билет, а тут Дерюгина ко мне по перрону бежит»

— Почему после первого голосования в Барселону всё равно поехали три гимнастки?
— Не знаю, но это было ужасно! Настоящий кошмар. На самом деле, кошмар начался даже раньше. Когда только пошли эти странные разговоры о том, кого отправлять на Олимпиаду, я ведь в один момент хотела сбежать со сборов в Новогорске и уехать в Киев.

— Как это произошло?
— Не могу сказать, что на меня шло целенаправленное давление, приведу только один факт. Мы, как спортсменки, особого доступа к информации не имели, газеты от нас прятали. Но после одной из тренировок я зашла к себе в номер и увидела на столе газету. Открыла, а там статья, где меня поливают с головы до ног и пишут, что я не заслуживаю места в сборной. Кто её подбросил – понятия не имею. Потом был эпизод, когда мы смотрели в общем зале телевизор, я хотела уйти, а кто-то сказал, чтобы я осталась, поскольку анонсировали репортаж про меня. Я осталась, а там то же самое – не заслуживает места в сборной.

Фото: Из личного архива Оксаны Скалдиной

— И вы не выдержали?
— Да. Собрала вещи поздним вечером, взяла такси и поехала на вокзал.

— Тайком?
— Совсем тайком не получилась. Меня засекла врач Людмила Михайловна Кузьмичёва, которая работала не со сборной СНГ, а отдельно со сборной Украины. Я ей сказала, что всё равно уеду, и она меня не удержит. «Ну, тогда и я с тобой поеду», — сказала она. Мы сели в такси, приехали на вокзал, я купила билет, а потом увидела Альбину Николаевну, которая бежала мне навстречу. Она уже обо всём знала. Вот тут у меня началась настоящая истерика. Меня привезли обратно в Новогорск и двое суток не выпускали из комнаты. Не то, чтобы меня закрыли на ключ, но Людмила Михайловна жила со мной, а Дерюгина постоянно говорила одно: «Борись!» Я и боролась, понимала, что обязана выдержать, но очень хотелось просто опустить руки и никому ничего не доказывать. Сейчас я очень благодарна этим людям, которые не дали мне сдаться.

Оксана Скалдина на Олимпиаде-1992 в Барселоне

— Можно ли утверждать, что влияние Альбины и Ирины Дерюгиных и твёрдая позиция НОК Украины помогли вам добиться права выступить в Барселоне?
— Я сразу скажу – Альбина Николаевна старалась ограждать меня от всех околоспортивных событий, которые происходили в то время. Она практически ничего не рассказывала, всё внимание уделяла тренировкам. А Валерий Филиппович Борзов, который тогда возглавлял Олимпийский комитет Украины, действительно вызывал меня «на ковёр». Я шла, ожидая накачки. Но даже намёка с его стороны не было на какой-то административный ресурс. У меня был небольшой спад, который пришёлся как раз на чемпионат Европы и дал повод о спорах за место в команде. Но он говорил, что нужно взять себя в руки и продолжать работать. «Терпи сейчас, поскольку потом ты можешь себе этого не простить никогда. Всю жизнь жалеть», — сказал Борзов. Он нашёл нужны слова, которыми вернул меня в рабочий ритм. Всё. Что касается национального разделения в сборной, то его не было – мы весь олимпийский цикл проработали втроём: две украинки и россиянка. Просто мест в команде всего два. В любом случае, мы все считали себя советскими гимнастками.

— Неужели в художественной гимнастике с началом распада СССР не было такого, что отдельные республики проталкивали в команду своих?
— Почему не было? Было, но в групповых упражнениях, которые тогда не входили в программу Олимпиад. На чемпионаты мира мы уже ездили так, что в групповых нужно было собрать как можно больше «интернациональную» команду, взять по одной спортсменке из бывших республик, где художественная гимнастика была развита.

Фото: РИА Новости

«Судьи на 40 секунд задержали музыку. У меня всё тело затекло»

— В Барселоне вы часто пересекались с Оксаной Костиной?
— Практически нет. Она не жила в Олимпийской деревне, хотя тренироваться приезжала на ту же арену. Но наши тренеры делали так, чтобы это происходило в разное время. Оксана, мне кажется, тренировалась с англичанами. Но нас постоянно сталкивали другие, причём делали это не со зла. Идут знакомые из другого вида спорта, спрашивают: «Ну что, решилась у вас ситуация?» И ты вроде до этого успокоилась, а потом опять начинаешь себя накручивать.

— В итоге вы узнали, что будете выступать. С какими чувствами выходили на ковёр?
— У нас же соревнования проходили по довольно запутанным правилам. В общем, мы соревновались три дня. В первый день я выступила очень хорошо. Два вида без единой ошибки – просто сделала свою работу. Альбина Николаевна сразу мне сказала, что стоит ждать оценок, близких к десятке. А когда я увидела протоколы, в которых мне поставили 9,6 и 9,7… Сказать, что я была в шоке – ничего не сказать. Я была вторая после первого дня, но поняла, что бороться бесполезно. Внутри всё опустилось. Стало ясно, что как бы я ни выступила, первого места не будет ни при каких обстоятельствах. На Олимпиаду не едут в расчёте на серебро или бронзу, все мечтают о золоте! Когда добралась до номера в олимпийской деревне, пошла на пирс к морю и часа полтора поплакала.

— А что было во второй и третий день?
— Детально я этого не помню, многое было, как в тумане. Но в память врезался эпизод во время упражнения с мячом. Наши программы строятся в абсолютном соответствии с музыкой. Все движения должны быть в строго определённое время, композиция регламентирована временем. Но можно было до начала музыки семь секунд пробыть в определённой позе, а потом делать первое движение. У меня программа начиналась с пиканья, а через семь секунд шла музыка. Так вот, во второй день судья, отвечавшая за музыкальное сопровождение, поставила музыку сразу. Я даже не успела встать в позу, с которой начинается упражнение. Я не то чтобы дёрнулась, но было неприятно. В итоге сделала упражнение, а потом мне Альбина Ивановна сказала, чтобы я учла этот момент в третий день, когда мы выполняли все четыре упражнения.

То самое выступление Оксаны Скалдиной с мячом на Олимпиаде в Барселоне

В заключительный день я вышла выполнять упражнение с мячом, приняла начальную позу и 40 секунд ждала этого пика. Не знаю, была это случайность или целенаправленное вредительство, но у меня за это время затекло всё тело, поскольку поза была сложная. У меня, конечно, не дошёл перекат мяча туда, куда нужно, а всё остальное сделала идеально. Это не была глобальная ошибка, но судьи поставили 9,6, «подтянув» на второе место Каролину Паскуаль.

— На церемонии награждения вы её не поздравили, чем вызвали громкий свист болельщиков. Вы были обижены тогда на весь мир?
— Не могу дать однозначного ответа, почему я отказалась её поздравить. Кажется, это произошло автоматом, такой выплеск эмоций. Сказалось и то, что на пресс-конференциях ни один наш журналист меня не поддержал. До этого два месяца гнобили, и в Барселоне продолжили. Но случилось так, как случилось. Кстати, сейчас могу сказать, что в 1990-м на чемпионате Европы в Гётеборге мы выиграли командные соревнования, я завоевала четыре золота с отдельными предметами, а в многоборье судьи отправили меня на второе место. Тогда у нас была очень острая борьба с гимнастками Болгарии, и на первое место поставили Марию Петрову. Возможно, это было и справедливо, но кто-то из нашей делегации перед церемонией награждения мне тогда сказал: «Не вздумай пожимать ей руку!» Не исключаю, что в Барселоне на подсознательном уровне во мне сидело это, только по отношению к Паскуаль. До сих сама себе я не могу ответить на этот вопрос.

Фото: Из личного архива Оксаны Скалдиной

— Вы потом с Паскуаль не помирились?
— Через месяц в Испании проводился гимнастический фестиваль с показательными выступлениями. Там была и спортивная гимнастика, и художественная – позвали участников Олимпиады в Барселоне. Александра Тимошенко от приглашения отказалась, я была одна. И во время представления участниц диктор дошёл до меня и наступила полная тишина. А диктор что-то говорит в этой тишине. Хорошо, что Кармен Аседо, которая в Барселоне была четвёртой, сумела мне объяснить, что говорят обо мне и Каролине. Я посмотрела на Паскуаль, она – на меня, сделали по шагу навстречу и пожали руки. Зал в восторге, тухлые яйца и помидоры в меня не полетели.

«Мы дружили с Оксаной. Пока не стали конкурентками за место в сборной»

— Какими были ваши отношения с Костиной?
— До того момента, как началась вся эта история с местом на Олимпиаде, очень хорошими! С Сашей Тимошенко мы не дружили – она была достаточно своеобразной девушкой, мы просто с ней друг другу не подходили, а с Оксаной прекрасно общались. Но потом общение наше резко прервалось.

— Вы могли восстановить отношения?
— Наши женихи-пятиборцы выступали в одной команде и предлагали нам помириться. Мы постоянно пересекались, но прежнего контакта уже не было. Наверное, должно было пройти время. Уверена, что мы вновь стали бы подругами, но жизнь не оставила времени.

«Ей холодно!» Зачем гимнастку Костину хоронили в свадебном платье Оксана Костина не попала на Олимпиаду и не успела выйти замуж. 11 февраля 1993 года она погибла в автокатастрофе по дороге в Домодедово.

— Видели её в день смерти?
— Да, в аэропорту. Она приехала встречать Эдика (Зеновку. – Прим. «Чемпионата»), я – Диму (Сватковского. – Прим. «Чемпионата») после очередного турнира. Поздоровались и разошлись. Нас отвёз домой тренер Димы, а они поехали на машине Эдика. А когда я узнала, что случилось, внутри всё перевернулось. Мы приехали в больницу, но было поздно – Оксана скончалась.

— На похоронах её не присутствовали?
— Нет, я не смогла поехать на кладбище, так как у меня очень резко подскочила температура. Я была на кладбище потом, ездила в Иркутск к маме Оксаны, мы очень тепло пообщались. У нас хорошие отношения. Я приезжала и на турнир её имени…

— Кажется, что вы по жизни очень похожи.
— Просто наши судьбы очень тесно переплелись. Знаете, она всегда стоит передо мной живая. Ведь мёртвой я её не увидела ни в больнице, ни на кладбище. Возможно, она меня на свои похороны и не пустила, потому и температура до 39 поднялась. После её смерти я была в зале «Динамо», где тренировалась группа спортивных гимнастов Дмитрия Билозерчева. В тот день туда приехали гимнасты то ли из Армении, то ли из Азербайджана. Так они подошли ко мне, посмотрели и сказали так прямо: «А мы думали, что это ты погибла». Даже в таких мелочах нас судьба постоянно сталкивала.

Фото: Из личного архива Оксаны Скалдиной

«Я свои амбиции спрятала. Рада тому, какими красавицами становятся косолапые девочки»

— Вы уже знали, что после Барселоны завершите карьеру?
— Наверное, я так хотела. Но после окончания Олимпиады у меня появился страх перед судьями, тем более, что вид спорта субъективный. Передо мной стояли оценки 9,6 за идеальное исполнение, и перешагнуть это я не смогла. Месяц после Барселоны был очень сложным, и если бы не приглашение в Австралию – не знаю, как удалось бы это всё выдержать. Я вообще не хотела вспоминать о гимнастике. А потом выступила на тех показательных соревнованиях и вскоре переехала в Россию.

— Это же было связано с предстоящей свадьбой?
— Если честно, я просто сбежала от своих тренеров, которые убеждали меня вернуться в спорт. Конечно, и любовь свою роль сыграла, и романтика. Я до рождения Даши своим родным городом Киев считала, а потом поняла, что я – москвичка, что Россия – моя родная страна. Да я себя никогда украинской гимнасткой и не считала. Советской – да. Мы воспитывались в другом совершенно обществе. Да я себя и хохлушкой не считала, так как всегда говорила по-русски. А теперь, когда большую часть жизни в России прожила, и подавно. Просто сложно воспринимать всё то, что происходит. Сложно и непонятно.

— Можете сравнить две школы гимнастики?
— Могу, но не буду этого делать. На сегодняшний день школы очень разные. Я уважаю всех тренеров, с которыми работала. Стараюсь брать у каждого всё лучшее.

— Решение стать тренером быстро пришло?
— Да вы что! Я была абсолютно уверена, что в России точно тренером не стану. Но не зря же говорят, что зарекаться ни от чего нельзя. Алле Николаевне Яниной в то время нужна была помощница, и так сложилось, что с 1994 года я официально стала работать в СШОР №74. Вот уже 23 года я там работаю. Знаете, даже если бы была возможность вернуть время назад, я сделала бы всё то же самое. Лишь в некоторых нюансах вела бы себя мудрее.

— Вы сейчас сильно изменились по сравнению с той девушкой, что выигрывала чемпионаты мира и становилась призёром Олимпиады?
— Очень! Но мы все с течением времени меняемся. Внутри меня словно две близняшки сели. Один делал одно, другой – другое. Я помирила этих близнецов и заставила их думать в унисон. Скажу одно – себя прежнюю я бы сейчас тренировать ни за то не стала. Терпения не хватило бы. Поэтому хочу ещё раз поблагодарить своих тренеров, которые вложили в меня так много!

— У вас есть спортивные амбиции как у тренера?
— Знаете, когда я работала вместе с Яниной, у нас были и чемпионки мира в команде. Сейчас же меня устраивает то, что я из маленьких и порой косолапых девочек делаю настоящих красавиц. Чем больше таких красавиц мне удастся сделать, тем больше я буду рада. А амбиции свои я сейчас спрятала.

Фото: РИА Новости

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *