Олег романцев интервью

sf_ae

А вот финиш сезона-2003, вылившийся в поистине скандальный и вместе с тем омерзительный по своей сути сериал. Столичная команда «Торпедо-Металлург» совершила поистине «потрясающий финишный спурт», сохранив место на будущий сезон в Лиге сильнейших.
Видимо, только руководство клуба доподлинно знает, скольких усилий — душевных, главное, материальных это стоило. Во время венчающего сезон поединка торпедовцев с земляками-спартаковцами юные фанаты «красно-белых» вывесили в своем секторе характерный плакат с портретом патриарха отечественного футбола Николая Петровича Старостина. На плакате красовалась надпись: «Он все видит!», обращенная прежде всего к иг­рокам в красно-белой форме.
Даже юные болельщики (не говоря уже о поклонниках футбола со стажем) легко догадались, что их любимцы в тот вечер играли в поддавки! И это клуб, как принято думать, с огромными и благородными традициями. Да, только, вероятно, не про нынешних мастеров «Спартака» это сказано…
В данной клоунаде поучаствовал и арбитр Александр Колобаев, назначивший в высшей степени сомнительный пенальти, — ну, никак при всех атрибутах «договорного» футбола не могли отличиться футболисты «Торпедо». А на исходе матча забил лучший форвард «метал­лургов» Роман Монарев — 2:0. Игроков обеих команд большая часть зрителей провожала несмолкаемым свистом, а торпедовцы в «упорнейшей борьбе» сохранили прописку в Премьер-лиге. Матвеев Алексей — «Договорняк. Как покупают и продают матчи в российском футболе»

Метки: договорняк

«Он все видит!» Золотой репортаж Игоря Рабинера

РОСГОССТРАХ – ЧЕМПИОНАТ РОССИИ. ПРЕМЬЕР-ЛИГА. 29-й тур

В среду на «Открытие Арене» был не просто матч – праздник.

СПАРТАК – ТЕРЕК – 3:0 (2:0)
Голы: ГЛУШАКОВ, 15 – 1:0. ГЛУШАКОВ (Зе Луиш, Попов), 19 – 2:0. ПРОМЕС (Ананидзе), 74 – 3:0.
«Спартак»: 32. Ребров, 38. Ещенко, 16. Боккетти, 35. Таски, 23. Комбаров, 10. Промес, 11. Фернанду, 8. Глушаков (к) (19. Самедов, 70), 71. Попов (7. Ананидзе, 62), 47. Зобнин, 9. Зе Луиш (12. Луиз Адриану, 65).
Запасные: 1. Песьяков, 21. Селихов, 18. Кутепов, 14. Джикия, 17. Тигиев, 33. Маурисиу, 52. Леонтьев, 40. Тимофеев, 25. Мельгарехо.
Главный тренер – Массимо КАРРЕРА.
«Терек»: 16. Городов, 40. Уциев (к), 2. Родолфу (21. Роши, 76), 4. Анхель, 15. Семенов, 13. Мохаммади, 23. Пирис, 14. Кузяев, 19. Иванов (77. Бериша, 89), 17. Мбенг, 55. Лебеденко (95. Митришев, 83).
Запасные: 1. Годзюр, 5. Плиев, 3. Дьембер, 7. Кадыров, 22. Мирзов, 10. Грозав, 20. Торже, 9. Садаев, 18. Балай.
Главный тренер – Рашид РАХИМОВ.
Предупреждения: Попов, 23 (грубая игра). Промес, 75 (неспорт. повед.). – Пирис, 45+1 (грубая игра).
Судьи: ЛЕВНИКОВ (Санкт-Петербург). Болховитин (Ленинградская область), Семенов (Гатчина).
17 мая. Москва. Стадион «Открытие Арена». 9 градусов. (вмещает 45 000).

Игорь РАБИНЕР
из Тушина

ТАКИЕ РАЗНЫЕ БАННЕРЫ

«Он все видит…»

Этот баннер до 17 мая 2017 года ассоциировался с худшими временами в истории «Спартака». Фанаты красно-белых вывесили портрет основателя клуба Николая Старостина с таким текстом поздней осенью 2003 года на матче своих опустившихся кумиров с «Торпедо-Металлургом». Мало того, что они тогда бездарно проиграли, так еще и честность встречи оказалась под очень, очень большим сомнением. И прекрасно это понимая, – людей-то не обманешь! – болельщики и выразили в том плакате все те боль и унижение, которые накопились в их сердцах.

«Он все видит!»

Этот баннер, только уже не с многоточием, а с восклицательным знаком, трибуна D «Открытие Арены» вывесила перед началом матча-чествования «Спартак» – «Терек». И это была шикарная находка. Николай Петрович с родной командой – и в беде, и радости. А смотрел Старостин на громадную эмблему общества «Спартак» (то есть без футбольного мяча, вписанного в букву «С»), развернутую на противоположной трибуне В.

Среда. Москва. Тушино. «Спартак» — «Терек» — 3:0. Болельщики благодарят футболистов за сезон. Фото Алексей ИВАНОВ, «СЭ»

ПРИМЕТА ГЛУШАКОВА

На голове тетеньки лет семидесяти красовался красный платок в белый горошек. Когда она на перегоне между «Таганской» и «Китай-городом» уступила место девушке лет 18, сказав, что выходит, – та, по-моему, сильно удивилась. Ехать оставалось еще девять станций – но она искренне думала, что такой платок может носить только спартаковская болельщица.

До матча оставалось полтора часа – но никому и в голову не могло прийти, что кто-то в этом поезде едет не на футбол. Один парень, пропуская кого-то на «Пушкинской», искренне удивился: «А я думал, тут все до «Спартака»…»

Иду к стадиону. Море мужчин с женами и подругами – как не разделить такую долгожданную радость с самыми близкими? А иной раз – и с теми, кто еще не понимает счастья своих родителей. Борис Духон, легендарный журналист-спартаковед, делится потрясением: «Иду вдоль трибуны А – вижу, девушка в нашем шарфе с коляской стоит. Спрашиваю: «Вы тоже на футбол?» – «Да, мужа жду – и пойдем». – «А сколько ребенку?» – «Семь месяцев!»

С детьми были не только болельщики, но и игрок. В момент, когда команды выходили на поле, на руках у Фернанду был сынишка. Складывалось впечатление, что он и в матче готов его задействовать.

…На поле – духовой оркестр. На трибуне В – старая добрая спартаковская эмблема. На D – надпись, о которой я говорил в начале этого репортажа. А первый символический удар по мячу идут делать сразу двое. 90-летний Арнольд Федун – отец владельца «Спартака», болельщик красно-белых, которому человек, построивший этот прекрасный и теперь победный стадион, наряду с Никитой Симоняном посвятил это золото. И лучший вратарь мира 1988 года Ринат Дасаев.

В клубе так решили – чтобы на поле был один болельщик и один выдающийся футболист. Изначально первый должен был отпасовать второму.

А Денис Глушаков перед тем, как все началось, сказал директору по связям с общественностью Леониду Трахтенбергу: всякий раз в этом сезоне, когда кто-то начинает матч с символического удара и отдает пас ему, он забивает. А ведь и вправду: Никита Симонян пасовал капитану «Спартака» в домашнем матче с «Ростовом», Сергей Карякин – с «Рубином». И оба раза он становился автором победного мяча!

Трахтенберг передал Дасаеву. Тот, получив пас от Федуна-старшего, сделал передачу на Глушакова. Разве мог после этого Денис не забить!

Среда. Москва. Тушино. «Спартак» — «Терек» — 3:0. Красно-белая радость. Фото Александр ФЕДОРОВ, «СЭ»

«ЭТО ПОХОРОНЫ, РЕБЯТА!»

Ждать пришлось четверть часа. «Спартак» вышел на поле с таким яростным и вдохновенным настроем, что, казалось, ему, а не «Тереку» этот матч жизненно необходим для попадания в еврокубки. Мяч держался идеально. Моменты пошли чуть ли не с первой минуты. Трибуны ревели «Спартак» – чемпион!» так, что закладывало уши.

А на 15-й Глушаков подобрал «ничейный» мяч метрах в 25 от ворот Городова, переложил под левую и пробил в левый нижний угол. Без шансов для голкипера. После чего подозвал всю команду, и она в пояс поклонилась трибуне В. Которая тут же начала скандировать персональные здравицы в честь капитана.

Четыре минуты спустя он, игравший как настоящий дьявол, забил и второй. Попов отдал отличный пас Зе Луишу в штрафную, тот чуть отпустил от себя мяч, – но первым к нему подоспел Глушаков и мягко перебросил через бросившегося ему в ноги Городова. И тут к скамейке запасных из ворот бросился Ребров и буквально вытолкал на поле Массимо Карреру. И на него накинулась вся сбежавшаяся туда через полполя команда!

Не подвел и диктор. Он воскликнул: «Это похороны, ребята!»

Трибуны уже просто неистовствовали. «Кар-ре-ра!» – запели сектора ближе к концу первого тайма, и тренер, услышавший это, поаплодировал им, вызвав новую бурю. А еще большей она могла стать, сделай «Спартак» перед перерывом счет крупным.

Как же жаль, что после идеального прострела Попова все тот же Глушаков, находившийся на линии вратарской, просто-напросто не попал по мячу! Хет-трик капитана – это была бы уже вообще какая-то сказка. Но, видимо, футбольный бог рассудил, что это уже слишком. А несколькими секундами позже Попов с линии вратарской пробил над перекладиной.

«Терек» за весь тайм создал один полумомент, когда Уциев с угла вратарской пробил в сетку сбоку. Больше о грозненцах, 7 мая обыгравших в Питере «Зенит» и вручивших золото «Спартаку», никто особо и не вспоминал.

Среда. Москва. Тушино. «Спартак» — «Терек» — 3:0. Болельщики говорят спасибо Массимо Каррере. Фото Федор УСПЕНСКИЙ, «СЭ»

ДОЖДАЛИСЬ!

Второй тайм начался с еще двух красивейших баннеров. На одном одетый в белый халат «химик» Каррера выводил то, что было названо «Формулой успеха». На втором начертано – «Периодическая таблица элементов чемпионства «Спартака». На футбольной стилизации таблицы Менделеева указали не только всех игроков, но и врачей, массажистов, администраторов…

Каррера заменил Глушакова на Самедова на 70-й минуте. Под стоячую овацию всего стадиона. И заключил капитана в крепкие объятия.

«Спартак» ни разу при Каррере не выигрывал с крупным счетом. Было бы символично и красиво, если бы это удалось в день празднования чемпионства. И на 74-й минуте Квинси – а кто ж еще, если не лучший снайпер красно-белых? – обыграв трех соперников, от штанги отправил мяч в ворота. Не могла стойка «Открытие Арены» не помочь хозяевам!

И Артем Ребров не мог в такой день пропустить. Несколько раз он выручал команду, а на исходе матча Мбенг, обокрав Фернанду, не стал огорчать «Спартак» и его болельщиков, пробил рядом со штангой. К тому времени все уже ждали финального свистка Кирилла Левникова.

И, едва он прозвучал, фанаты с трибун В и D одновременно рванули на поле. В отличие от Перми, это было предусмотрено и согласовано. Секунд за 30 все, абсолютно все поле заполнилось людьми. Они ждали 16 лет. И они дождались!

Трансляция матча «Спартак» — «Терек»

«Подарил бы свою книгу Дзюбе». Олег Романцев — о «Спартаке», Каррере, Карпине и автобиографии

11 сентября стартуют продажи книги Олега Романцева «Правда обо мне и «Спартаке». В интервью ведущим российским медиа Олег Иванович вспомнил, как его защищал Николай Старостин, рассказал, какой совет дал Артему Дзюбе и почему Александр Мостовой не тренирует.

— Идея книги родилась не у меня, а у моей внучки, она учится на факультете журналистики. Формат был такой: я наговаривал на диктофон, а они с Денисом Целых (заместитель главного редактора «Чемпионата») выбирали только самые интересные жизненные моменты.

Мне кажется, эта книга для всех — есть, например, отдельные главы, как проводились тренировки, и про жизнь, и про работу в «Спартаке» и сборной. Может быть, эта книга была бы интересна и подрастающему поколению. Потому что сейчас футбол у нас не развивается, хоть мы и в четвертьфинале чемпионата мира. Посмотрите: впервые в истории за один месяц потеряли две команды высшей лиги, одна из которых — обладатель Кубка. Детишки в Пермском крае, остались непросмотренные, в других регионах… Я все-таки тоже из небольшой деревеньки, пригорода Красноярска не совсем благополучного. Но желание и упорство у меня было большое.

Сейчас я хожу на спартаковский отбор, раньше он назывался набор. Видел там слезы детей, матерей. Но если два раза в неделю заниматься по полтора часа — ничего не будет.

РИА Новости

— Такое ощущение, что детский футбол вам сейчас интереснее взрослого. Какие эмоции вы там получаете?

— Непосредственность. Обида за ребятишек: их 50 человек, пробежали — и кто-то плачет, что с футболом закончил. Федька (Федор Черенков — Sport24), может быть, и не добежал бы, если бы его так отбирали — требования сейчас другие.

Потом я был в Голландии, у Рональда Кумана в Эйндховене. Он возил меня в детско-юношескую школу, там собрались тренеры, президент федерации детского футбола. Я спрашиваю: «Сколько детей из вашей страны вы просматриваете — в процентном отношении?». 98 процентов, говорят. Я чуть не упал! У нас если 2 процента есть, уже хорошо. В селах и небольших города шансов стать футболистом очень мало.

— В одном интервью вы говорили, что ваша первая книга будет о Николае Петровиче Старостине.
— В этой книге ему посвящена отдельная глава. Я взял наиболее интересные моменты с ним, и где-то связанные со мной. Он великий рассказчик был и сам выпускал книги. Наверное, старшему поколению будут интересны мои разговоры с Николаем Петровичем, с Константином Ивановичем (Бесковым — Sport24), мои приходы-уходы…

Я не мечтал и не думал, что буду тренером. После завершения игровой карьеры, поступил в аспирантуру, кандидатскую защищал. Николай Петрович вызвал меня, хотя никакого отношения к «Спартаку» я уже не имел. Сказал: «Есть команда «Красная Пресня», ты должен ее возглавить. Если был капитаном — значит, умеешь работать, общаться с игроками». Я согласился, мы заняли тринадцатое место, хотя, когда я их взял, они шли в тройке, по-моему.

РИА Новости

Меня вызвали на разбор полетов в федерацию футбола Москвы и устроили взбучку. Хотели гнать. Но после этого слово взял Николай Петрович. Говорил минуты три, в результате 15 человек единогласно проголосовали, чтобы меня оставить. Что он там делал, почему он пришел? Московская федерация — довольно низкая инстанция. Но таких случаев по жизни было много.

В «Спартаке» Старостин настойчиво меня отстаивал, ходил по всем инстанциям и убеждал, что нужно молодого тренера взять. Но перед первой игрой было видно его волнение: «Олег, если мы проиграем, у нас с тобой отберут партбилеты!» А это — черная метка на всю жизнь. Но мы выиграли 4:0, он заходит — эйфория! Это дало какую-то уверенность, я подумал, что все получится.

Мне повезло с командой: там было несколько человек, с которыми я играл. Когда Николай Петрович меня представил, я их вызвал. Потом, в середине второго круга, наступил провал. Эта же группа пришла ко мне: «Олег Иванович, одна мысль — как бы ни закончился чемпионат, скорей бы он закончился». Я спрашиваю: «А как вы относитесь к тому, что мы мяч пока уберем и пару-тройку дней просто погуляем по лесу?».

Вот так выезжали — и я их распускал. Кто хочет — пробегитесь, кто хочет — зарядку сделайте, а кто хочет — сядьте на травку и покурите. Сам тогда не курил. В общем, через 2-3 дня ребята побежали.

— А когда вы закурили, кстати?
— Через год после прихода в «Спартак». Был и перерыв — год не курил.

— По сколько пачек в день уходило?
— Это же все от психологии зависит. Вот вы сейчас напомнили — а я и забыл, что курящий. В «Лужниках» мой друг Алешин ставил огромную пепельницу. Потому что я ему тартан пару раз прожег. А в «Олимпийском» нельзя было курить — я и не вспоминал.

РИА Новости

— За время работы ваши отношения с игроками изменились?

— Я считал, что нет. Игроки думали, что я стал более жестким и требовательным. Но люди, которые говорят, что я со временем изменился по отношению к игрокам, не понимали одного — у нас с годами росла и возрастная дистанция. Молодые уже где-то боялись меня, где-то стеснялись. Поэтому все и думали, что тот, прежний Романцев, был доступней. Не скажу, что я никогда ни на кого не кричал. Но ребята знали: если я кричу — это не со злобы, а значит, что я хочу помочь.

Хотя я и никогда открыто не показывал, кто у меня любимчики, но я всегда очень трепетно относился к ребятам, которые выросли со мной с «Пресни» — это Саша Мостовой, Вася Кульков и Дима Градиленко.

— Есть что-то важное, чего вы не рассказали для книги?
— Наверное, есть. Я человек советской формации, такое напишешь, что людям не понять. Например, как в третьем классе стояли зимой в мороз в очереди, жгли костры из ящиков. Мать меня переворачивала, потому что сзади минус сорок, а здесь костер. И уйти нельзя — у тебя 1742 номер. Открыли магазин — получили по булочке. Если мать одна стояла, значит одна булка. А нас — четыре рта! Достанется ли завтра хлеб или нет? Вот как такое объяснить? А я это видел!

***

— Кому из нынешнего «Спартака» вы подарили бы свою книгу?
— Не знаю, наверное, Денису Глушакову. Знаю его с тех пор, когда он в «Нике» начинал. Дзюбе, наверное, подарил бы — как-то с ним поговорил. Я тогда приехал к Валере Карпину на тренировку, смотрю — Дзюба не особо работает, без желания. С его-то данными! Подхожу после занятия: давай-ка мы с тобой побеседуем. Минут 5-10 пообщались, видимо, я нашел какие-то слова, которые он не хуже меня знал. И следующую тренировку Артем провел на голову сильнее. Я решил: слава богу, парень будет играть!

— Как еще вы помогали Карпину, когда были его консультантом?
— Я никогда к нему не лез. Думаю, Валера не глупее меня. Просто ему надо было выговориться. Да, иногда у него были вопросы. Я отвечал, не претендуя на то, что это будет сделано. Говорил, как бы я поступил на его месте. Если Валере было нужно, он это брал, если нет — забывал. А сложности разные были — и с легионерами, и со своими…

РИА Новости

— Сейчас возможно, чтобы он позвонил вам что-то обсудить?
— Возможно.

— «Ростов» Карпина идет в чемпионате на третьем месте.
— Конечно, слежу за ним, болею, переживаю. В «Спартаке» тоже могло получиться, но руководители не подождали.

— Когда Карпин играет против того же Парфенова, у вас какие эмоции?
— Жалею только об одном. Иногда смотришь и думаешь: «Да хоть бы обе команды проиграли». А тут наоборот — хочется, чтобы обе выиграли. Или «Ахмат» играет — как не поболеть за Ледяхова? Жаль, что его отправили в отставку. Руководству, наверное, виднее. Игорь — хороший тренер, все-таки он стал серьезным человеком. И футбол любит беззаветно. Надеюсь, без работы не останется.

— Кроме Карпина и Ледяхова, в премьер-лиге много ваших воспитанников: Аленичев, Тихонов, Парфенов… Они с вами советуются?
— Всем нужно набить свои шишки. Рад, что в премьер-лиге работают Дмитрий Аленичев, Дмитрий Парфенов, Егор Титов, Андрей Тихонов и другие ребята. Очень симпатизирую Диме Хохлову — с ним больше всех общаюсь. Симпатизирую Никифорову, который с Хохловым работает. Радимов тоже мне симпатичен, всю жизнь хотел его в «Спартак» взять, но никогда не получалось. Андрей Кобелев. С ним встречаемся, беседуем. Он парень с характером, независимый. Ему, как и мне, нельзя чего-то указывать. Но сейчас многое решают руководители, они долго терпеть не могут.

РИА Новости

— Хохлов не мог оказаться у вас в «Спартаке»?
— Не помню… Добровольского с Кобелевым очень хотел. И Радимова. Я с ними разговаривал, все трое изъявляли желание. А не срослось потому что за ведомственные клубы играли. Радимов — вообще ЦСКА. Кто так пустит? Вот туда могли забрать и на Дальний Восток отправить, а как Ольшанского.

— Удивлены, что Мостовой так и не попробовал себя как тренер?
— Я с ним разговаривал. Спрашивал: «Почему не работаешь? У тебя столько знаний, такой опыт!»

— И как он объясняет?
— Объясняет очень просто: «Жду, когда пригласят в хорошую команду».

— Так можно всю жизнь ждать.
— Буду ждать, говорит. Больше я не спрашивал.

***

— Когда вы тренировали, в российском футболе было меньше легионеров.
— Понимаете, когда разговариваешь с игроками, думаешь, как построить фразу, где поставить ударение, чтобы достучаться. А когда все через переводчика, понять можно как хочешь. Я противник тренеров-легионеров. Однозначно. Не может человек через переводчика донести эмоции.

Я неделями готовился к установкам! Сутками просматривал матчи следующего соперника. Бывало, смотрел десяток-два игр и думал: что может им приходиться? А иногда всего лишь две-три фразы могли смотивировать! У меня не было долгих разборов. Где-то вычитал, что больше 45 минут человеческий мозг не воспринимает. Если нужно было подольше, делал перерывы.

— Сегодня у «Спартака» тренер-легионер.
— Пока результат есть, почему бы и нет?

— Вы когда-нибудь встречались с Массимо?
— Были представлены друг другу, но не общаемся.

РИА Новости

— Матч с «Зенитом» смотрели?
— 0:0! По-моему, эта ничья устроила всех. Все-таки ни одна из команд не наиграла на победу, но ни одна и не заслужила поражения.

— После матчей «Спартака» у вас бывает желание обсудить с кем-то игру?
— Нет, не бывает.

— Есть в футболе работа, которая вам еще может быть интересна? Необязательно тренерская.
— Понимаете, если идти работать, в процесс надо окунаться с головой. Работа — это не одна-две тренировки. Помимо психологической, это еще и физическая нагрузка. Раньше приходилось часто в выходной день оставаться на базе. Потом надо было поговорить с запасными, объяснить им ситуацию. Каждого надо нагрузить, с каждым поговорить, каждому дать тактическую задачу. Сейчас мне это уже тяжело.

— У вас объяснение, почему это все до сих пор интересно Юрию Павловичу Семину?
— Объяснения нет, есть только восхищение этим человеком. Как раньше горел, так и сейчас. Значит, остался запал. Но я еще три работы совмещал одно время, и довольно долго — был тренером сборной, президентом клуба. И это тоже наложило отпечаток. Скорее всего, у Юрия Павловича больше сил.

Евгений Семенов, Sport24

— В «Сатурне» и «Динамо» энтузиазм у вас еще был?
— Думаю, что в «Динамо» и «Сатурн» не надо было идти. Уже тогда не было рвения, потерял искру.

— В 1990-е вы подписали предварительный контракт с «Депортиво», но передумали. Почему?
— У них был возрастной главный тренер. Когда команда вышла в высшую лигу, он тоже решил, что энтузиазма и сил ему не хватит. А я был еще молодой и проповедовал футбол, который он пытался сделать в Ла-Корунье. Наверное, сказалась та самая победа над «Реалом» на глазах у всей Европы. К тому же мы удачно выступали в товарищеских матчах с испанцами. Когда я отказался, тот человек продолжил работу, и на следующий год они стали чемпионами Испании. Так что я все правильно сделал: после этого 8 раз стал чемпионом в России — так что не жалею, что передумал.

РИА Новости

— Следите за попытками Слуцкого построить карьеру в Европе?
— Я к Слуцкому очень хорошо отношусь. Мы, можно сказать, большие приятели. Часто встречались, общались. Я желаю ему удачи. Он хороший человек и очень хороший тренер.

— Вам его мечта о Европе понятна?
— Понятна. Он амбициозный человек. Это только приветствуется.

***

— Сожалеете, что Егор Титов не перешел в «Баварию»?
— Сожаление было. Наверное, он мог быть игроком европейского уровня. Егор не просил меня лично. А так, у нас с игроками был договор: подписывайте контракт на сколько хотите, но, если завтра решите уехать, подходите ко мне — отпущу. Даже таких сверхважных игроков, как Онопко.

— «Спартак» сейчас отпустил Промеса.
— С одной стороны, такой футболист всегда пригодится. Он может решить исход матча. С другой — разговоры, что его хотят, появились чуть ли не на следующий год после приезда в Россию. Поэтому руководство «Спартака» готовилось. Если продали — значит, они готовы. Какие-то перемены и перестановки произойдут, кого-то из дубля подтянут.

— Показалось, что сам момент продажи для Карреры был все-таки неожиданным. Как будто его застали врасплох.
— Когда продается ведущий игрок, это не должно заставать врасплох. Мне в этом плане было несколько легче: с моими тренировками футболисты чаще всего вырастали универсалами. Я спокойно мог передвинуть Цымбаларя с левого фланга под нападающих или сделать Кечинова чистым форвардом. Или наоборот, опорником. Если поднимете статистику, защитники Никифоров и Онопко забили больше, чем некоторые нападающие, которые провели больше матчей в высшей лиге. Я всегда был готов, что кого-то перестрою, подтяну. Болезненным это не становилось.

Евгений Семенов, Sport24

Вот травмы неприятны. Расскажу момент, в книге этого нет. Была у нас такая линия полузащиты: Цымбаларь-Титов-Тихонов-Аленичев. Представляете, какая четверочка? Я объявляю состав. Называю кто играет в защите, кто в нападении. И все. А их пропустил. Ребята спрашивают: «А мы?». Но для меня они были настолько безальтернативными игроками, что я просто забывал их называть.

Они до фанатизма любили футбол. Расскажу случай. У нас — Лига чемпионов. Дня через 3-4 — выездная игра с «Лехом». До этого матч в чемпионате. Мы уже чемпионы, а сопернику нужна победа. На стадионе сплошной лед. Мы даже на разминку не поехали. Вызываю своих — Ледяхова, Цымбаларя, Никифорова, Онопко… Говорю: народа много, через три дня Лига чемпионов, давайте отходите. Они ушли. Потом приходят: Олег Иванович, мы хотим играть! Так что этих футболистов не надо было уговаривать тренироваться, они сами меня уговаривали.

— Несколько лет назад вы говорили, что в «Спартаке» 90-х заиграли бы Алекс и Веллитон. А из актуального состава?
— Наверное, тот же Промес бы заиграл. Они однотипные с Цымбаларем. Илья просто более хитрый: на пятачке обвести, обыграть, очень нежадный. И Промес, по-моему, не жадный. Иногда не отдает не потому что не хочет, просто не видит. Когда обыгрываешь двух-трех на скорости, больше внимания на мяч, редко все поле видишь.

— Получается, то, что сейчас делает ЦСКА, вся эта молодежь, должно вам нравиться.
— Это рискованно, но интересно. Конечно, может не получиться. Молодежи столько турниров играть должно быть тяжело. Это опытные футболисты знают, как готовиться, как играть. А этим пацанам будет сложно. Второе место в группе Лиги чемпионов станет успехом.

— В то же время Сергей Семак говорит, что «Зениту» не хватает игроков…
— Я согласен с Сережей — по подбору игроков они даже в России не самые сильные.

— А кто самый сильный?
— Наверное, «Спартак». Семин может что угодно с «Локомотивом» сделать, как в прошлом году.

— Вы сказали, что среди ваших друзей Евгений Гинер. Помните, как познакомились с ним?
— В «Лужниках» в подтрибунном помещении. По-моему, он уже был в ЦСКА.

— То есть до того момента вы с ним не общались?
— Нет. Повторюсь, встретились в «Лужниках».

Евгений Семенов, Sport24

— Гинер — лучший президент футбольного клуба в России?
— Когда президент и тренер думают одинаково и все делают правильно, это дает результат. Наш президент (Федун — Sport24) тоже дает Каррере свободу мысли и свободу творчества. Как только президент и тренер входят в конфликтные ситуации, результата быть не может. Вот когда Филатов с Семиным работали, было тяжело — они дули в одну дуду.

— Сейчас Семин работает с Геркусом. И, судя по всему, там есть конфликт.
— Наверное, поэтому «Локомотив» не так удачен в этом сезоне. А в прошлом они стали чемпионами не благодаря, а вопреки. Это все Юрий Павлович и его многолетний опыт.

— У вас есть сожаление, что вы привели Червиченко в «Спартак»?
— Да, я сожалею, что отдал управление «Спартаком» не тем людям. Какое-то время я верил, что для «Спартака» наступят лучшие времена, в команду вольются деньги, и она сможет устойчиво чувствовать себя, выйдет на европейский уровень. Но эти ожидания оказались иллюзией.

И давайте больше не будем про президентов клубов. Про футбол давайте, а то я ни с кем не разговариваю, и со мной о нем никто не говорит!

— Александра Головина называют самым талантливым молодым игроком России. Следили за его отъездом в Европу?
— Нет, не следил. Но, наверное, сейчас стало больше информации, чем раньше. Притирка идет еще до перехода. Приведу пример с Сычевым: я считал, что «Марсель» не его команда. Специально достал кассеты, посмотрел несколько матчей — не сможет он там. В «Марселе» была силовая манера, а он быстрый, техничный и партнерозависимый. А там на партнера там не очень играли — цепляйся, бодайся. Ему, по-моему, и мяч не давали.

— На сколько процентов Сычев реализовал свой потенциал?
— Считаю, что Сычев так полностью и не реализовался, хотя и стал чемпионом с «Локомотивом».

***

— Вы рассказывали о поездке в Голландию. Сейчас много путешествуете?
— В свое время я пресытился самолетами. Например, когда играл за «Автомобилист» Красноярск, там полеты по 12 часов были — от Челябинска до Петропавловска-Камчатского. Если непогода, в аэропорту сидели сутками. И самолеты не такие как сейчас: согнутые колени, запах советской власти. Просто молодые были, сейчас бы я это не выдержал.

Был у нас пилот, он президента Ельцина возил. Отличный мужик. Говорили, он единственный, кто летал на всех видах самолетов. Я как-то подсчитал — и оказалось, что провел в воздухе в три раза больше него. Поэтому если надо лететь, стараюсь не делать этого. Автобус — сколько хочешь. Очень люблю поезд. Сел в купе со своими — и за жизнь поговорил.

Люблю Подмосковье. Все города интересные, своеобразные. А если с местными начнешь разговаривать, они столько всего расскажут — ни в каком YouTube не найдешь.

— В самолете вам бывало когда-нибудь бывало страшно?
— Я не сторонник брать на борт посторонних людей. А один раз Саша Тарханов подошел: «Можно приятеля захватить?» Это в Набережных Челнах было. А приятель его — сам летчик. И вот он сел, самолет пошел на взлет. И тут этот летчик как застучит в борт: «Стойте! Стойте! Сейчас двигатель взорвется». А уже все — отрываться надо. Они раз — по тормозам. Там, к счастью, взлетная полоса длинная, а самолетик у нас маленький. Поэтому пространство было. Нас высадили, посмотрели — нет, этот самолет уже никуда не полетит. Если бы не взяли этого парня — не было бы того «Спартака»! А я сейчас даже не помню, как он выглядит. Хотя спас жизнь команде. И себе, естественно.

Еще больше о «Спартаке» на Sport24

«Спартак» скоро подпишет игрока на замену Жиго. Этот трансфер говорит о стиле Карреры

Как «Спартак» будет играть без Промеса. Объясняем на пальцах

Старостин Николай Петрович
(2 фото)

Начал играть в 1917 г. в клубной команде РГО (Российское гимнастическое общество).
Выступал в московских клубах «Московский клуб спорта» (1922), «Красная Пресня» (1923—1925), «Пищевики» (1926—1930), «Промкооперация» (1931, 1934), «Дукат» (1932—1933), «Спартак» (1935 — 1936).
Играл за сборные Москвы (1922–1935) и РСФСР (1928, 1930).
Чемпион РСФСР 1922, 1927, 1928, 1931 гг.
За сборную СССР сыграл в 6 неофициальных матчах, забил 1 гол.
Старший тренер команды «Динамо» Комсомольск-на-Амуре (1945, 1946). Старший тренер команды «Динамо» Алма-Ата (1952, 1953). Начальник команды «Спартак» (1936, 1955—1964, 1967—1975, 1977м1995).
Награжден тремя орденами Ленина (1937, 1987, 1990), орденом «Дружбы народов» (1982), орденом «За заслуги перед Отечеством» III степени (1995). Герой Социалистического Труда (1990).
Старший из четырёх братьев Старостиных, Николай родился в московском районе Пресня, в семье егеря Имперского охотнического общества. Николай учился в коммерческой академии, где и попробовал впервые играть в футбол. В те времена футбол не особо занимал империю, но, в последующие годы ситуация изменилась, этому виду спорта стали уделять гораздо больше внимания. В 1910 году была основана московская футбольная лига, однако же, спустя несколько лет она прекратила свое существование — в стране разразилась революция.
Старостин приветствовал революцию в стране, сочувствовал ей, хотя и не принимал особого участия. Вскоре после смерти своего отца от тифа в 1920 г. Старостин поддерживал финансовое состояние своей семьи, играя летом в футбол, а зимой в хоккей.
Братья
У Николая Петровича было три брата, однако, он пережил их всех. Все братья играли в футбол в московском «Спартаке», отдав этому всю жизнь.
* Александр Старостин (1903—1981)
* Андрей Старостин (1906—1987)
* Пётр Старостин (1909—1993)
В 1921 году Иваном Тимофеевичем Артемьевым было основано «Московское Спортивное Общество» (позднее «Красная Пресня»), где Николай Петрович начинает играть в футбол. Команда росла, вскоре построив свой собственный стадион, и зарабатывала на свое существование продажей билетов на матчи и платным проведением выездных матчей по России. Вследствие реорганизации футбола СССР в 1926 году, Старостину приходится привлекать к спонсорству клуба союз пищевых производителей, и клуб переезжает на стадион «Томский», рассчитанный на 13 тысяч мест. Впоследствии команда еще неоднократно меняла своих спонсоров.
«Спартак» Москва
В начале 30-х Николай Старостин был капитаном сборной Советского Союза. Как высококлассный спортсмен, Старостин достаточно быстро сблизился с Александром Косаревым, секретарем Комсомола, который к тому времени, имел достаточное влияние на спортивную отрасль и, при этом, активно желал развивать её. В ноябре 1934 года, черпая средства из бухгалтерии команды «Промкооперация», Косарев берет на работу Николая и его братьев для того, чтобы усилить свою команду. Команда вновь меняет свое имя — на сей раз, имя оказывается постоянным. Команда называется «Спартак», в честь памяти римского раба Спартака, поднявшего восстание в Римской империи. Как и древнеримский тезка, клуб поддерживается только народными массами, в отличие от НКВД-шного «Динамо» или «ЦСКА», поддерживаемого Советской армией. Все четыре брата Старостина играют в команде, Николай Петрович, при этом, еще успешно занимается внутренними и внешними делами команды.
Новая форма организации соревнований
В 1936 году в СССР приходит новая форма организации соревнований по футболу — чемпионат и кубок страны. В первом розыгрыше «Спартак» остался без трофеев, но уже в осеннем первенстве 1936 года занял первое место.
В 1938 и 1939 «Спартак» выигрывает оба титула, сразу обеспокоив Лаврентия Берию, являвшегося, ко всему прочему, главой общества «Динамо». Старостин позднее утверждал, что Берия в прошлом сам был футболистом, а Старостин в 1920-х годах играл против Берии во время поездки «Красной Пресни» в Грузию и полностью переиграл его, но достоверность этого рассказа вызывает сомнения. С тех пор соперничество Спартака с Динамо стало одним из самых непримиримых в советском (а позднее, и в российском) футболе.

Николай Петрович Старостин. Он по-прежнему все видит…

Достаточно сказать «Патриарх российского футбола» и сразу понимаешь о ком идет речь. Николай Петрович Старостин, человек — легенда в истории российского футбола, один из основателей спортивного общества «Спартак»… Он появился на свет первым из знаменитой четверки «братьев Старостиных», а ушел из этого мира последним… Это грустное событие произошло ровно 17 лет назад…

Все четверо до конца своих дней были преданы только одной команде — московскому «Спартаку».

В 1989 году в свет вышла книга Николая Петровича Старостина «Футбол сквозь годы». Александр Ванштейн, который является соавтором этого произведения рассказывает один эпизод из жизни братьев.

«Как-то к старшему брату (Николай Петрович — прим. авт.) пришел Андрей Петрович Старостин — было это уже в 70-х — и сказал, что ему предложили работать начальником команды «Локомотив». Николай Петрович ответил: «Мы обрели себя в «Спартаке», стали здесь известны, за «Спартак» отсидели и уходить из него не должны». Андрей Петрович внял совету. Здесь не было позы, ложной значительности или доморощенного патриотизма. В понимании Старостиным своего долга — ключ, объясняющий истоки его уникальной биографии».

Самым тяжелые испытания в истории команды и её основателя пожалуй выпали на середину 70-х годов прошлого столетия. В 1976 году «Спартак» потерял место в высшей лиге союзного чемпионата. Эту историю невозможно обойти молчанием. Это — часть спартаковской хроники. И как писал Николай Петрович Старостин «ее уроки не лишне учесть всем причастным к футбольной практике…»

В 1975 году все внимание было приковано к киевскому «Динамо» и его успехам на международной арене (в тот год киевляне завоевали Кубок Кубков и Суперкубок УЕФА). «Спартак» закончил сезон на 10-м месте. Руководство красно-белого спортивного общество не оставило такой факт без внимания и вскоре Николай Петрович покинул пост начальника команды.

«Удивлять это не должно, — пишет Старостин, — Я хорошо помнил, не забываю и до сих пор, как в 1963 году мне, начальнику команды, и старшему тренеру Николаю Гуляеву были объявлены выговоры за то, что «Спартак» стал вторым призером, а не чемпионом, как за год до того. Надо заметить, что в том, 1963-м году «Спартак» взял еще и Кубок СССР. Тем не менее итоги сезона были расценены чуть ли не как провал. Что и говорить, читать приказ с взысканием было мало приятно (я его храню в своем архиве). Но по крайней мере мы сознавали, как высоко котируется наша команда. А тут 10-е место! Да еще после того, как в предыдущем чемпионате «Спартак» был вторым призером…»

Осенью 1975 года «омолодили» все руководство команды. Начальником команды был назначен Иван Варламов, старшим тренером — Анатолий Крутиков, тренером — Галимзян Хусаинов. Все — спартаковцы, в прошлом хорошие футболисты. Это и было принято во внимание при назначении. Однако, как вспоминал Николай Петрович, не учли одного, но самого важного — авторитет игрока не был равен тренерскому авторитету.

Николай Старостин: «Случай характерный, даже заурядный, так не раз бывало и в других командах, когда хорошего игрока, человека «своего» считали по одному этому признаку способным стать у штурвала. В основе таких скороспелых назначений, как мне представляется, лежит не слишком большое уважение (не в открытую, а втайне) к тренерской профессии: почему-то полагают, что умения играть для тренера достаточно, а остальное — набежит, приложится.»

В 1976 году «Спартак» заканчивает весенний чемпионат на 14-м месте (при 16 участниках). Сигнал был тревожным, но никто, увы, его не услышал. Крутикова подвела самоуверенность. Попытка одним махом преобразить «Спартак» провалилась.

Николай Старостин: «Под конец осеннего чемпионата только и было разговоров: «Уцелеет ли «Спартак» в высшей лиге или вылетит?» Да и как не поговорить — ситуация небывалая. Это потом гораздо спокойнее отнеслись к путешествию в первую лигу другого именитого клуба — ЦСКА, можно сказать, по проторенной дорожке, после нас. А тогда многими это воспринималось как потрясение основ. В последних турах, как в шахматной партии, «комментаторы» обнаружили 14 (!) вариантов спасения. Принимались в расчет результаты не только «Спартака», но и ряда матчей других команд. Напомню, что «Спартак» в итоге набрал 13 очков и остался предпоследним, тогда как у пяти команд было по 14 очков. Немудрено, что все висело на волоске. Однако «сыгран» был 15-й вариант, при котором все наши туманные шансы испарились. Как нарочно! Не имею права утверждать, но исход нескольких матчей казался мне нарочитым, словно кому-то из озорства хотелось узнать, а что будет, если «Спартак» — сам «Спартак»! — потеряет место.

Не скрою, тут же нашлись болельщики, которые пытались ходатайствовать, чтобы «Спартак» сохранил место в высшей лиге с помощью реконструкции чемпионата, благо аналогичные ситуации в прошлом возникали. Например, в 1967 году последним остался «Зенит» и ради него высшую лигу расширили с 19 до 20 команд. Я был среди тех, кто такие попытки не поощрял: доброе имя послаблениями и милостями не поддержишь, ронять достоинство не хотелось. Мы хоть и не знали тогда толком, что из себя представляет первая лига, но решили, что предназначенный путь полагается пройти.

В это взбаламученное, нервное время заявился ко мне человек, которого я видел первый раз в жизни (запамятовал уж, в каком городе он проживает), и без церемоний объявил следующее: «Из первой лиги вам самим без помощи не вернуться, застрянете надолго. Я гарантирую возвращение сразу, через год. Вы мне даете московскую прописку, трехкомнатную квартиру и на нужные расходы — сорок пять тысяч». Вот так, ни много ни мало. Я выпроводил прохиндея. А вспомнил об этом для того, чтобы читатели лучше представили, что творилось вокруг «Спартака»…

«Спартак» вернулся в высшую лигу через год. А еще через год вернул себе звание чемпиона России. Командой руководил Константин Иванович Бесков. Вплоть до 1987 года красно-белые будут занимать в чемпионате исключительно призовые места. В 1988 году команда займет 4-место. Памятуя о том, как относились к подобным результатам в «народной команде», не было сомнений, что Бескову укажут на дверь.

Когда Николай Петрович заканчивал книгу «Футбол сквозь годы» на пост главного тренера команды был назначен Олег Иванович Романцев. Сей факт Старостин не обошел в своем произведении: «Когда я заканчивал эту книгу, в «Спартаке» произошло важное событие: главным тренером был назначен его бывший капитан Олег Романцев. Что ждет его на новом поприще? Что будет со «Спартаком»? Этого никто не может знать. В одном не сомневаюсь — футбол должен приносить радость…» К счастью с назначением Олега Ивановича футбол «Спартак» вновь стал приносить радость. 90-е года прошлого века — эпоха «Спартака», эпоха Романцева. Николаю Петровичу удалось стать хоть на какое-то время свидетелем этого события…

Вновь возвращаясь к событиям 1976 года вспомнил еще одно высказывание «патриарха»: «Спартак» открыл свою историю еще в 30-е годы как команда, обязанная постоянно «держать на мушке» звание чемпиона и Кубок; таким я продолжаю его видеть и сегодня. Я вообще считаю, что занижение требований неминуемо влечет за собой сдачу позиций, внутреннюю демобилизацию, и тогда сам не заметишь, как окажешься в хвосте. «Спартак» однажды, в 1976 году, как я рассказывал, сполз со своих высот (послевоенные чемпионаты я в расчет не беру, тогда команда переживала вполне понятные трудности), и этот горький опыт нам забывать грешно. Восстановившись, восстав из пепла, гарантию, будущее мы обязаны искать в самых высоких требованиях к самим себе. Этим и объясняется моя привередливость…»

Николая Петровича нет с нами уже 17 лет, Олег Иванович Романцев 10 лет как не главный тренер «Спартака». Красно-белые 10 лет как пытаются восстать из пепла… «Патриарх» по-прежнему все видит и душа его наверняка не спокойна. Он и сейчас переживает за свое детище, которому отдал всю свою жизнь. Может быть стоит нынешним руководителям «Спартака» перечитать книгу «Футбол сквозь годы», но не для того, чтобы вспомнить знакомые буквы, а чтобы наконец понять что важнее — они в «Спартаке» или «Спартак» в их сердцах… И может быть тогда смогут найти ответ, как вернуть «Спартак» его болельщикам. Настоящий «Спартак»,такой, каким его задумывал всегда хотел ВИДЕТЬ Николай Петрович Старостин…

При подготовке статьи использованы отрывки из книги «Футбол сквозь годы».

Олег Романцев: «Кононов рискует в каждой игре. Дело не только в составе»

Чемпионат России. Премьер-лига

Бывший главный тренер «Спартака», многократный чемпион России дал обстоятельное интервью «СЭ» об итогах первой части сезона.

«Не верю, что капитанская повязка Глушакова – сговор»

– Олег Кононов сообщил о вашей уже состоявшейся встрече. Если на секрет, о чем говорили?

– Очень приятный молодой человек. Много хорошего слышал о нем от своего товарища Сергея Новикова, с которым они играли в Смоленске. Приятно, что новому тренеру «Спартака» хотелось узнать об истории клуба, его традициях. Интересовался он и тем, как я строил свою работу, на чем расставлял акценты. Это был долгий и теплый разговор, после которого стало понятно, что человек пришел не просто работать, а жить интересами клуба. Пока мы видим его больше как педагога, а вот весной уже поймем, какой он тренер. Удачи вам, Олег Георгиевич!

– Какой был самый обидный просчет у тренера Романцева?

– Это каждое поражение. Потому, что в этом всегда виноват только тренер.

– В скандалах и прочих неурядицах, которые порой случаются, тоже виноват тренер? Или же руководство клуба?

– И здесь повинен только тренер. Именно он обязан знать, чем живут футболисты, каково их настроение, чего от них можно ожидать. Сейчас Кононов абсолютно правильно уделяет этому много внимания. Бесков всегда считал, что если футболист со сложным характером нужен команде, то его надо держать в команде. Но если негатив перевешивает и игрок мешает, надо с ним расставаться.

– Почему в истории с Глушаковым вы сразу же встали на сторону Дениса?

– Прежде всего, меня возмутили голословные обвинения в сговоре при выборах капитана. Меня выбирали им и в «Спартаке», и в сборной. Это было тайное голосование, где неизвестно, кто и за кого. Можно было только узнать, сколько человек голосовало. А кто за кого – невозможно, поскольку потом записки с фамилиями уничтожали. Никогда не участвовал ни в каких заговорах, не плел интриг. Футбол – игра! И этим все сказано. А здесь такая грязь. Да еще в «Спартаке»! И уж влезать в личную жизнь Глушакова – совсем гнусно! Для меня он прежде всего футболист «Спартака»!

– Но ведь болельщики бузят – мол, Глушаков такой, Глушаков сякой…

– Таких мало. Я часто общаюсь с ребятами из «Фратрии». Это, действительно настоящее Братство с большой буквы! Я был на турнире памяти болельщиков, погибших после матча с «Харлемом». Очень трогательно, по-людски. Мы – одно целое!

– Да, но один из фанатов все-таки выбежал на поле в матче с «Рапидом», чтобы сказать Глушакову пару «теплых» слов.

– Никогда не поверю, что это был настоящий фанат. Шапочка и шарф еще ничего не значат. Говорю так, потому что его выходка повлияла и на результат, и на игру!

– Провокация?

– Чистой воды!

– Жесткие высказывания Кафельникова как восприняли?

– Женя, как и мой любимый теннисист Марат Сафин, – великие мастера и отличные мужики. Если у Евгения в руках ракетка, то он Бог, а если в ногах футбольный мяч, то здесь с ним можно поспорить.

«Искать причину сбоев в одном Промесе неправильно»

– Насколько потеря Зобнина ощутима для «Спартака»?

– Роман – одна из ключевых фигур средней линии, он способен закрыть несколько позиций. Плюс много отрабатывает в обороне. Такие, как он, всегда в цене.

– Согласны с теми, кто считает, что на перепады в игре «Спартака» повлиял уход Промеса?

– Промес был из тех, кто мог решить судьбу встречи в одиночку. Хорош был и на фланге, и на передней линии атаки. Сейчас таких технарей и по-спортивному злых футболистов, не так уж и много. Но при всех своих плюсовых качествах, искать причину сбоев в нем одном было бы неправильно, поскольку «Спартак» всегда отличала командная игра.

– Вы не раз повторяли, что тренерская профессия – риск. Насколько он был велик у Кононова, когда тот в своем первом матче выпускал в составе Реброва, Ещенко и Глушакова, зная, что против них настроена часть фанатов?

– Поверьте, Кононов сейчас рискует в каждой игре. Причем дело касается не только определения состава. Любой его шаг под прицелом. И он это знает.

– Под прицелом сейчас судьба и опальных Мамаева с Кокориным. Вы из тех, кто жаждет крови?

– Не угадали. Полностью поддерживаю Валерия Газзаева, который не согласился с решением суда о продлении срока их пребывания в СИЗО. Я бы назвал все происходящее показательной поркой. Это перебор! Ребята уже поняли, что тюрьма – не Монте-Карло. Огонь и воду в футболе они прошли, а вот медные трубы не сумели. И это уже жестокий урок. Так дайте теперь им возможность исправиться.

25 ноября. Москва. Тушино. «Спартак» — «Крылья Советов» — 3:1. Главный тренер хозяев Олег Кононов (справа) дает установку Роману Зобнину. Фото Дарья Исаева, «СЭ»

“Проблем у Семака хватает. И он их не скрывает”

– Юрий Семин сказал, что в дерби его команда подарила спартаковцам три очка (2 декабря красно-белые победили железнодорожников со счетом 2:1). Многие же считают ту победу переломной для «Спартака». Каково ваше мнение?

– Думаю, Юрий Павлович погорячился. Ведь матч получился боевым, с обоюдными шансами и нарядным футболом. И это действительно похоже на перелом. По крайней мере, я так почувствовал.

– Не находите, что одним из открытий чемпионата стал ЦСКА, который, потеряв Игнашевича, братьев Березуцких, Вернблума, Мусу, Головина, так быстро встал на ноги и выстроил игру?

– Это, конечно, прежде всего, тренерская заслуга. Гончаренко показал, что умеет ориентироваться в сложных ситуациях, когда нужно разобраться с новичками, грамотно расставить их в составе, помочь понять новые игровые требования.

– Здесь, наверное, следует отметить и качественную работу селекционной службы клуба?

– В этом плане у ЦСКА многие могут поучиться. Молодые Обляков с Ахметовым, исландцы Сигурдссон с Магнуссоном, бразилец Бекао, японец Нисимура – все они пришлись ко двору. А хорвата Влашича уже можно считать одним из лидеров команды.

– То, что так резко прибавил Чалов, выросли Жамалетдинов с Кучаевым, подтягиваются дублеры Гордюшенко, Макаров, Хасонов – результат доверия Гончаренко?

– Конечно. Без этого молодым игру не поставишь. А когда они чувствуют тренерское доверие, да еще в работе вкалывают, то начинают расти. Вспомните наш спартаковский «пионеротряд» в 96-м, который выиграл золото. В ЦСКА очень много внимания уделяют своей молодежи. И это стратегия клуба.

– От «Краснодара» не ожидали такой прыти?

– Если откровенно, то нет. Ведь команда потеряла Гранквиста, Смолова, теперь вот еще и Мамаева. Но не только не забуксовала, а буквально села на пятки «Зениту».

– Как вам работа новичка тренерского цеха Мурада Мусаева?

– К сожалению, мы не знакомы. Но потому, как выстроена игра «Краснодара», можно сделать вывод, что у его тренера есть свое видение и понимание футбола. Полностью согласен с Валерием Газзаевым, считающим, что сегодня у краснодарцев в лиге самый зрелищный стиль. Единственный недостаток – у клуба пока нет традиций победителя, которые придают уверенность, закаляют. Скажем, выиграли бы разок Кубок, и все это появилось бы. Вот дома с «Уфой» (матч закончился со счетом 1:1. – Прим. «СЭ») владели преимуществом, кучу моментов создали, но так и не дожали соперника. Случись это, впервые ушли бы на зимний перерыв лидерами.

– А вот «Локомотив» пока лихорадит. Что это – синдром второго после чемпионства сезона или жесткий осенний календарь, где клуб вынужден вести борьбу на трех фронтах?

– Николай Петрович Старостин любил повторять – защитить чемпионство сложнее, чем его завоевать. На себе испытал, с какой сумасшедшей отдачей всегда выходили биться с золотым «Спартаком». Что касается тяжелого календаря и трех фронтов, то это, действительно, изматывает и опустошает не только физически, но и морально. Но пока есть Семин, поверьте, его команда способна в чемпионате на любые подвиги. Помню, когда я просматривал, готовясь к очередным встречам, игру соперников, то со временем пришел к выводу, что самый большой сюрприз может преподнести именно Семин.

– Некоторые упрекают Семина, что у него перебор возрастных футболистов? Гильерме, Фарфану, Хеведесу, Фернандешу, Михалику, Денисову, Игнатьеву, Тарасову уже за тридцать. Не многовато?

– Футболисту столько лет, на сколько он выглядит на поле. Это не я придумал. Уверен, что Юрий Палыч об этом помнит. А потому в паспорт не заглядывает.

– За тем, как складываются в «Зените» дела у Сергея Семака, следите?

– Конечно. Очень рад за Сергея, что он оказался у руля такой серьезной и уважаемой команды.

– Но в ней и спрос по-максимуму. Как думаете, возьмет Сергей Богданович с первого захода золотую высоту? После поражения от «Арсенала» (2:4. – Прим. «СЭ») он признался, что его особенно огорчила оборона, хотя в ней собраны качественные игроки.

– Конечно, «Зенит» – не «Уфа», и в Питере свои требования. Но для нормальной, качественной работы все есть. Сейчас еще зимой укрепится, проведет качественную тренировочную работу, а там, глядишь, и Маркизио освоится. А проблем у Сергея хватает. И он их не скрывает.

– Неожиданные поражения от «Анжи», «Арсенала» и «Рубина» – это случайные осечки или потери, неизбежные в процессе игрового поиска, который ведет сейчас Семак?

– Трудно сказать. Я бы все-таки назвал их скорее досадными осечками – где-то недооценили соперника, где-то – не повезло… Вообще, в нашем чемпионате, к радости букмекеров, любой клуб может победить кого угодно. И пока чемпионской игры я ни у кого не вижу. Это и есть главная интрига.

«Карпина по-человечески понимаю»

– Случается, что тренеров увольняют. В «Спартаке» это происходило и с вашими воспитанниками – Станиславом Черчесовым, Валерием Карпиным, Дмитрием Аленичевым. Отставку кого из них вы восприняли особенно болезненно?

– Каждую. Это была острая боль, поскольку они все мои ребята, за которых я всегда переживал и переживаю.

– Можно считать, что в этом году из бывших спартаковцев, ставших тренерами, вас больше всего порадовал Дмитрий Парфенов, с «Тосно» выигравший Кубок России?

– Здесь и радость, и боль. С одной стороны – это большая победа, а с другой – беда. Ведь мы потеряли команду, которая выиграла Кубок страны. Когда такое было?! Это тревожный звонок по поводу состояния нашего футбольного хозяйства. Что касается Парфенова, то очень рад его стремлению идти своей дорогой. Начинал со второй лиги, прошел школу первой. И вот – Кубок! Это ведь мечта любого тренера. Да и в «Урале» его работа видна.

– А думали, что Черчесов когда-нибудь возглавит сборную, с которой дойдет до четвертьфинала чемпионата мира?

– Если честно, то нет. Я и про себя ничего подобного не думал. Но то, что Стас всегда въедливо изучал тренировочный процесс, вникал в его суть, было видно. Помню, он даже записывал, кто в какой угол бьет пенальти. Учился, учился и учился… Плюс – железный характер! Шесть лет за Дасаевым в дубле просидеть и не закиснуть! Многие в такой ситуации ломаются. А он становился только тверже.

– Играть в дубле для футболиста основного состава не самое приятное занятие.

– Для кого как. К примеру, я после травмы приходил к Бескову и, чтобы побыстрее набрать форму, просил дать возможность сыграть за дубле хотя бы в одном тайме. А на следующий день еще выходил и за основу. А как иначе – мы жили футболом!

– Выходит, терпение игрока – важнейшее качество будущего хорошего тренера?

– Я бы сказал, одно из важнейших. Команда всегда чувствует, каков психологический заряд тренера. И это ей передается.

– А тренер имеет право на те эмоции, за которые в Самаре, во время встречи с «Ростовом», удалили Карпина? Или он при любых ситуациях обязан держать себя в руках?

– «Ростов» – бойцовская команда и, возможно, такая реакции Валеры соответствует общему настрою его футболистов. А потому по-человечески я его понимаю.

– Нет тревоги по поводу того, как складываются дела в Красноярске у Аленичева?

– Это можно было предвидеть. Он приходил в команду, для которой премьер-лига – загадка. Да еще она должна была домашние матчи на старте чемпионата проводить в Тюмени. Так, что здесь все с самого начала было за гранью риска. Но тренерская профессия вся состоит из этого. Зная бойцовский характер Аленичева и Титова, могу с уверенностью сказать – они будут биться до конца.

– А если не сложится, если осечка – что дальше?

– Ни в коем случае не падать духом. Да и Аленичев с Титовым не из таких. Считаю, что с ними в «Спартаке» руководство просто не дотерпело. Дима с Егором знающие люди, фанатично преданные футболу. И те, кто в них по-настоящему поверит, не ошибутся.

– Не показалось, что история с задержанием Аленичева ГАИ мутновата?

– И не только мне одному. Бред, какой-то! Спросите любого, кто знает Диму, и в ответ услышите одно – провокация!

– Тренеру тяжелее держать удар, чем футболисту?

– Намного. Футболист отыграл свои девяносто минут и домой. А тренер остается со своей бедой один на один. Бесков так переживал поражения, что мог по несколько дней в Тарасовке в столовой не появляться. Причем даже после контрольных матчей на сборе.

– Случалось, что на Бескова обижались?

– Никогда! Сразу сказал себе: что бы ни случилось – это тренер, и он всегда прав! Если бы не Константин Иванович, не было бы в моей жизни Николая Петровича Старостина, «Красной Пресни», великого «Спартака»!

– На могиле Бескова бываете?

– Конечно! И у него, и у Николая Петровича. Особенно когда на душе как-то неспокойно. Очищает… По сей день не перестаю поражаться мудрости Старостина. Мало, кто знает, что, когда я возглавил «Спартак», это он настоял, чтобы меня включили в заявку играющим тренером. «Не вздумай отказываться, – убеждал он. – Если, что-то не пойдет, ты на поле поможешь!» А в горкоме объяснил: «Бесков может рассказать. А Романцев и рассказать, и показать!» Так в меня он верил. Светлая ему память!

Олег Романцев (справа) и Георгий Ярцев. Фото Дарья Исаева, «СЭ»

«Натурализацией мы расписываемся в своем бессилии»

– Согласны с теми, кто называет Дзюбу лучшим футболистом года?

– Конечно. И это справедливо.

– В режиме блица ответите на самые актуальные вопросы последнего времени?

– Попробую.

– Не жалеете, что в ваше время не было видеоповторов?

– Жалею.

– Не расстроены, что в свое время не удалось поработать в чемпионате с формулой осень-весна?

– Напротив, очень этому рад.

– Как относитесь к натурализации футболистов?

– Этим мы расписываемся в своем бессилии.

– О чем сожалеете в уходящем году, и что радостного он принес вам?

– Все хорошее и плохое в нем у меня было связано со «Спартаком». Я понял, что могу помочь своему клубу, если буду ходить в следующем году на каждый его матч. Вместе мы сильнее!

Поздравление от Олега Романцева. Фото Федор Успенский, «СЭ»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *