Сергей Харламов рубин

Фото: Бизнес-Онлайн

Футболная карьера Сергея Харламова остановилась в 31 год. Почти вся она прошла в «Рубине»: в шесть лет Харламов записался в клубную школу, спустя четверть века – уткнулся в забор клубной базы и отправился заниматься бизнесом. Сейчас компания бывшего капитана «Рубина» ведет дела по 15 направлениям бизнеса, поэтому общаться с ним довольно тяжело: звонок мобильного телефона прерывает разговор каждые две-три минуты.

– Когда я заработаю достаточно денег, знаете, какой у меня будет сотовый телефон?

– Не представляю.

– У меня не будет сотового телефона. Сотовый телефон – это источник стресса. В большинстве случаев тебе звонят по телефону, когда кому-то что-то от тебя нужно. А если ты еще и предприниматель… Вот у нас 15 направлений бизнеса. Например, мы второй раз запустили прокат. Когда запускали первый раз, четыре года назад, не пошло. А вот сейчас – рынок созрел. Есть спрос даже при том условии, что в Казани представлены и Avis, и Hertz – мировые монстры прокатные.

Вообще я раньше говорил, что мы не занимаемся только тремя вещами: не торгуем оружием, наркотиками и женщинами. Но сейчас мы подписали эксклюзивный дистрибьюторский договор на торговлю электрошоковым парализатаром. Уникальная вещь. Если вы смотрели американские фильмы, там полицейские стреляют электрошокером, из которого вылетают такие проволочки – и враг американского народа парализуется. Российские ученые сделали следующий продукт – в принципе то же самое, но там есть пять выстрелов, а не один, перезаряжаться не нужно. Соответственно мы сейчас очень активно продвигаем этот продукт и на российских рынках, и в странах ближнего зарубежья, и в Малайзии, и во Вьетнаме. Продукт пошел.

– Я даже знаю, в каких регионах эту штуку берут активнее всего. На юге?

– Не, мы туда еще не дошли. У нас пока только Москва, Санкт-Петербург, Казань…

В общем, мы занимаемся всем, кроме своего любимого дела. А я считаю, что каждый человек приходит на землю, чтобы максимально реализовать себя в любимом деле. В моем случае это футбол. Разумеется, я не говорю о работе тренером, я тренером никогда не хотел быть. Я больше менеджер, я капитан команды, своим партнерам из футбольной школы сказки рассказывал, матчи комментировал.

– Что-что, простите?

– Комментировал матчи. Мы учились уже в девятом классе, многие уже курили, но без этого не засыпали просто. Причем комментировал не просто матчи футбольные, а матчи виртуальные. Когда мы были в поездках, в лагерях, я придумывал игру «Рубина» – например, против «Челси», «Барселоны» или команды «Волна» – и просто комментировал матч. Сам. Рассказывал: Харламов идет по правому флангу, подает в штрафную площадь, Фарид Гилязов головой бьет по воротам – го-о-о-о-о-ол! Просто придумывал сценарий игры. Естественно, «Рубин» во всех этих играх выигрывал, ребятам все это дело очень нравилось.

Так вот тренером я никогда не хотел быть, потому что не стратег серьезный и не тактик. Да и вообще, что из себя представляют профессиональные спортсмены? Или, скажем, артисты кино? Как это ни обидно осознавать, мы куклы.

– Куклы?

– Куклы, конечно! И у тех, и у других есть хозяева – хозяева команд, хозяева театров, хозяева жизни, в конце концов.

– А тренер?

– Такая же кукла, только чуть другая, старшая кукла. С артистами точно так же: и Шон Коннери, и обожаемый мною Брэд Питт – кто им платит деньги? Продюсер. Мы, футболисты, ватерполисты, легкоатлеты, такие красавцы, но кто за все это чехлит? Именно кукловоды. Это ни плохо, ни хорошо, ни оскорбительно. Это просто нужно понимать, нужно осознавать и не нужно на это обижаться.

Я был куклой, но не хочу быть ею во второй раз. Я хочу быть кукловодом. Такой, какой я есть, «Рубину» я сейчас не нужен. Поэтому пока в родной клуб меня не зовут, у меня остается другой вариант – купить его.

Анекдот про бобров

– Как вы расстались с «Рубином»?

– Мне был 31 год, у меня было еще 2 года контракта. У нас была прекрасная, слаженная команда. Под командой я имею в виду руководителей «Рубина». Это Фарид Хабриев – директор клуба. Эдуард Сафонов – спортивный директор. Администратор – Гадель Зайнулин. Капитан команды – Сергей Харламов. То есть это была команда единомышленников: руководители делали свою работу, я работал внутри команды. Был идеально сбалансированный коллектив, который вывел команду в премьер-лигу, который завоевал бронзу и смотрел в будущее с широко открытыми глазами и уверенностью, что все будет хорошо.

Мы играли за наш город, за свою честь. Я казанский парень, 90 процентов всех людей, которые ходили на футбол, знали меня, я знал – их. И получилось так, что в 2004 году Курбан Бекиевич решил: хватит уже разделять сферу влияния между фундаментом казанским и собой. И начал формировать собственную команду под брендом «Курбан Бекиевич». То есть за один год он убрал всех 8-9 человек из нашей команды руководителей, последний был уволен 31 декабря. И начиная с 2006 года Курбан Бекиевич единолично, самостоятельно руководил командой.

– Вы говорили, что все деньги, которые зарабатывали в «Рубине», вкладывали. Во что?

– В бизнес. Он заключался в следующем. «Рубин» шел в премьер-лигу, а после третьего места – в Европу. Я подумал, что «Рубину» необходимо место за городом, где можно будет принимать судей, инспекторов, гостей из других городов. Я начал строить загородный клуб в 2002 году, мы еще играли в первой лиге. Вместе с моим партнером назвали это место «Фата Моргана». Фата Моргана – это фея, которая в какой-то части Тихого океана является матросам и указывает направление. У моего тогдашнего партнера была земля, а у меня были деньги.

Этот проект мы организовывали на протяжении трех лет. Наконец, запустили. И как только мы его запустили, передо мной закрыли дверь на базу «Рубина». Без объяснения причин. Просто не взяли на сборы и все. А под свой загородный проект я назанимал большое количество денег и остался, в общем, у разбитого корыта. Моя жизнь в течение недели перевернулась с ног на голову. Я остался без своего любимого дела, без тех денег, которые должен был получить по контракту. Короче – жопа полнейшая.

Я по своей натуре предприниматель. И я всегда занимался бизнесом параллельно со спортом. Первый бизнес делал в 17 лет. 1990 год, вторая лига СССР, мой первый отпуск в «Рубине». Одну неделю этого отпуска я пролежал дома. Потом мама мне сказала: «А ты что, Сережа, дома лежишь? Это не дело лежать на печи». Я собрал все деньги, которые у меня были, взял друга и поехали в Минск. Купили там турецкие свитера Boys – тогда это была просто крутизна – и вернулись в Казань продавать их на рынке. На всякий случай: в «Рубине» на тот момент я уже играл в основном составе.

– Удачно торговали?

– Нормально. Все, что я зарабатывал начиная с 17 лет, постоянно во что-то вкладывал: автомойки, рыбоперерабатывающий комбинат. В общем, управленческого опыта у меня вагон и маленькая тележка. Во время игровой карьеры я 80 процентов времени уделял футболу и 20 – бизнесу. Поэтому когда я внезапно выпал из футбольной оболочки, у меня было достаточно опыта, чтобы просто не сплющиться. А сплющиться было от чего: 300 тысяч долларов долгов, отсутствие работы и всяких перспектив. Для 2004 года это были серьезные проблемы.

– Как вы выкрутились?

– Для начала я продал все, что у меня было. Были у меня две квартиры, это помогло частично рассчитаться с друзьями. Чтобы выплачивать деньги банку, пришлось заниматься всем. Хватался абсолютно за все. На данный момент областей, в которых я бы не поварился, практически нет.

– Вы про бизнес или про наемную работу?

– Никакой наемной работы! Только свои ошибки.

Параллельно с долгом пришлось рассчитываться за аренду клуба, который я к тому момент открыл. Клуб мы устроили с Иваном Мешковым, он потом был пиар-директором «Рубина». Когда мы открывали этот клуб, в Казани не было ни одного спортбара. Я арендовал у своей тещи на третьем этаже гипермаркета 300 кв.метров, и мы устроили там спортбар, ресторан, казино. Назвали «Плотиной». «Плотина» – потому что самый популярный анекдот, который мы друг другу тогда рассказывали, был про бобров.

– Что за анекдот?

– В лесу разбился самолет с анашой – все звери укурились. Не курил только заяц. И вот бежит заяц и видит волка.

«Привет, волк!» – говорит заяц.

«Привет, бобер!» – отвечает волк.

«Да какой же я тебе бобер? Усики, хвостик, ушки. Видишь? Все заячье».

«Бобер, бобер! Ну, а если не веришь, пойдем у кого-нибудь спросим», – отвечает волк.

Идут они по лесу, а на встречу им лиса.

«Привет, лиса!» – говорят они.

«Привет, волк, привет, бобер!» – отвечает лиса.

«Да, не бобер я, не бобер!» – возмутился заяц.

«Бобер, бобер! – настойчиво отвечает лиса. – Ну, а если не веришь, пойдем спросим у мудрой совы».

Идут они по лесу дальше. Видят стоит дуб большой, а в нем дупло. Рядом на ветке, еле ухватившись за нее лапой, вниз головой висит сова. Вдруг сова открывает глаза:

«О! о! о! Привет, бобры!»

Пошло так, что вся наша большая компания, которая знала этот анекдот, но, естественно, ничего не курила, приветствовала друг друга: «Привет, бобры!» А где бобры собираются? На плотине. Поэтому, когда мы открывали свое место, так его и назвали.

– Когда вы в итоге рассчитались с долгами?

– Года два с половиной мне для этого понадобилось.

– Объясните мне, почему вы искали заработок не в футболе? Почему после «Рубина» вы так никуда и не пошли играть?

– Вы знаете, мне до сих пор раз в месяц снится сон: я на скамейке запасных, рвусь на поле, а Бердыев меня на это поле не выпускает. Мне это снится десять лет – ровно раз в месяц. Просто я себя представить вне «Рубина» не мог. Это уже спустя три-четыре года я сам себе задавал вопрос: «Сережа, идиот, почему ты не поехал в другую команду? Ну в первую лигу хотя бы». А на тот момент у меня даже и в мыслях не было, что я где-то буду играть в другой команде.

Это мой клуб. Меня папа сюда в шесть лет привел, показал, как мне нужно доехать на троллейбусе до трамвая, на трамвае – до Соцгорода, где была футбольная школа «Рубин». Это была вся моя жизнь и я представить себе не мог, что она может пройти где-нибудь в другом месте. В начале карьеры на 3 года я уезжал в «Нефтехимик». Остальное – «Рубин» и только он. Такая вот пуля в голове была.

Шахматист

– Вы помните свое знакомство с Курбаном Бердыевым?

– Прекрасно помню. В «Нефтехимике» мы работали с тренером Виктором Антиховичем, и были как отец и сын. Он был в восторге от меня, ему импонировала моя агрессивная игра атакующего защитника. Когда спустя годы он пришел в «Рубин», у нас тоже были замечательные отношения. Но после первого круга я перезаключил контракт с директором «Рубина» без ведома Антиховича. Я и не думал, что такой вопрос надо через него решать, но когда он узнал, разозлился и начал меня плющить. Плющил весь второй круг, я получил травму, а на сборах, когда уже вылечился, он перестал ставить меня в состав.

А для меня быть на скамейке смерти подобно. У меня на тот момент единственный случай был, когда еще один бывший тренер «Рубина» Ирхин меня не выпустил в стартовом составе. Это было в 98 году, я выходил из подтрибунного помещения и думал, что вся Казань в меня пальцем тычет. Как это – Харламов и в запасе? Я был сгорбленный весь, сидел в шапке, боялся глаза поднять. В итоге Ирхин выпустил меня за 15 минут до конца и я всех на фланге просто разорвал! И своих, и чужих.

В общем, Антихович меня доплющил, мы друг друга послали. Дозаявка в первой лиге прошла, поэтому я играл тут рядышком – в команде «Диана» (Волжск).

– Я жду, когда в этой истории появится Бердыев.

– После первого круга в «Рубине» сняли Антиховича, вместо него пришел Бердыев. Я приезжаю на центральный стадион, подхожу к президенту клуба Исхакову: «Камиль Шамильевич, верните меня, пожалуйста, в команду. Разногласия с Антиховичем закончились – его нет, я бы хотел вернуться». «Что ты ко мне подходишь? Ты к главному тренеру подходи». Звоню администратору: «Где Бердыев?» В аэропорту. Я сажусь в «Гранд Чероки» и на бешенной скорости лечу в аэропорт. «Здравствуйте, Курбан Бекиевич, меня зовут Сергей Харламов, бывший капитан казанского «Рубина», у нас были разногласия с Антиховичем. Сейчас этих разногласий нет, хотел бы быть вам полезен». «Послезавтра приходи на тренировку». Послезавтра я прихожу на тренировку, два дня тренируюсь. Ломается правый защитник, Бердыев выпускает меня в стартовом составе. В раздевалке пацаны передают мне капитанскую повязку – очень трогательный момент. Мы сыграли 1:1, я вернулся.

– В чем главная сила тренера Бердыева?

– Бердыев – шахматист. Он великий тренер, он переигрывает своих оппонентов до матча, он очень грамотно расставляет акценты. Как тренер это, на мой взгляд, одна из величайших фигур нашего футбола.

Да, сейчас я ярко выраженный оппонент Бердыева – по причине того, что Курбан Бекиевич до прихода Самаренкина управлял всеми процессами жизни «Рубина» в одиночку. Начиная от закупки продуктов – я не преувеличиваю, – заканчивая футбольной школой. Во мне не говорит обида из-за того, что он убрал из команды нас. Я понимаю: если бы он этого не сделал, возможно, «Рубин» не вышел бы на свой сегодняшний уровень.

Я просто переживаю за то, что он на все наложил, скажем так, щупальца спрута и руководил сам. Не давая развиваться, во-первых, воспитанникам местного футбола, во-вторых, местным функционерам. Скажем, в клубном интернате долгое время был сделан акцент на приезжих ребят. Я местный парень, казанский. Я хочу, чтобы в Казани играли футболисты из Казани, чтобы их тренировали тренера их Казани. А там были – откуда угодно, но не из нашего города.

– Кто ваш любимый игрок в сегодняшнем «Рубине»?

– Еременко и Карадениз. Так как я не был интеллектуальным футболистом, мне нравятся интеллектуальные футболисты – Зидан, Месси. Еременко – это мозг «Рубина». Карадениз – его мотор, сердце.

Курбан Бердыев: «Я смотрю «Барселону» и понимаю: это же баскетбол»

Два договорняка

– Вы не застали в «Рубине» Романа Широкова?

– Нет и очень жалею. Думаю, у нас бы очень веселый тандем получился.

– Широкова Бердыев обвинял в сдаче матча. Вас – обвинял?

– Меня лично – нет. Но паранойя такая у него, действительно, присутствует. Не знаю, как сейчас, но в первой лиге он постоянно предполагал, что кто-то его сдает. Очень мнительный.

– Как вы восприняли историю про Бердыева и Торе?

– Я уже говорил и повторю коротко: дыма без огня не бывает. Я не исключаю, что такое возможно. Я знаю о многих делах, которые в «Рубине» творятся, знаю многих людей, которые участвуют в этих процессах. И именно поэтому предположил, что дыма без огня не бывает.

Гекхан Торе: «Я уехал из России по очень серьезным причинам»

– В 2008 году вы сказали, что обмен между командами «три очка на три очка» – это повсеместная практика. На каком основании вы так говорили?

– Как на каком? Я непосредственный участник всего этого дела!

– То есть?

– Что «то есть»? Я футболист.

– То есть вам приходилось играть в таких матчах?

– Да.

– Расскажите мне технологию: как это происходит?

– Я вас сейчас обедом угощаю. Я приеду в Москву – вы меня этим обедом угостите.

– Это не то – это закон гостеприимства.

– Все. Мы с вами договорились об этом. И вас, и меня это устраивает.

– Почему это устраивало вас?

– Стоп! Я кукла.

– Есть же примеры, как футболисты, которых попросили сыграть договорной матч, отказывались. Например, прикидывались больными. Вы так не делали?

– Делал.

– Всегда или иногда?

– Один раз.

– А сколько раз не прикидывались?

– Два.

– То есть вы участвовали в двух договорных матчах?

– Да.

– Как просят сдать матч, вы объяснили на примере обеда. Кто просит?

– Кукловоды.

– Заходят в раздевалку и говорят?

– Всегда по-разному.

– Как вы засыпали в те два вечера?

– Нормально.

– То есть совесть вас не мучила ни тогда, ни сейчас?

– М-м-м…

– Что за рабская психология? Вы были куклой, но при этом говорите, что у вас ярко выраженные лидерские качества. Многие лидеры в таких ситуациях возмущаются.

– Два раза я не возмущался, третий раз – возмутился.

– И что случилось?

– Я закончил с футболом.

– То есть вы хотите сказать, что…

– (перебивая) нет. Вы задали вопрос, я на него ответил.

– В этих матчах о больших деньгах шла речь?

– Нас деньги не касались. Так нужно было клубу.

– Когда «Рубин» выиграл бронзу, никто не верил, что это сделано честно.

– Честно. В 2003 году не было ни одного договорного матча.

– То есть коленка Евсикова в бронзовом матче против ЦСКА вам не показалась странной?

– Нет. Это случайность. Я знаю это. Я отвечаю за это. Я ответил за три договорных матча и отвечаю за то, что говорю сейчас. На мне было два греха, да. Но все эти матчи были не в 2003 году.

«Три на три»

– Тренер «Амкара» Рустем Хузин ваш близкий друг. Он станет большим тренером?

– Я говорил вам, что я на сто процентов не тренер. Точно так же Хузин тренер на сто процентов. Повторюсь: когда-нибудь я приобрету «Рубин». И вот когда я стану собственником клуба, сделаю все, чтобы тренировал «Рубин» Рустем Хузин.

– Хузин дал голову на отсечение, что матч «Амкар» – «Анжи» был честным.

– Рустем Хузин не участвовал в договорных матчах никогда.

– Игроком?

– Да. Но я знаю, что ничего не изменилось.

– То если что-нибудь в этом матче было бы не так, он бы ушел из «Амкара»?

– Возможно.

– А вы этот матч смотрели?

– Да.

– И как?

– Футбол. Да, и еще раз: я хорошо знаю Рустема Хузина.

– Когда в России будет зафиксирован хотя бы один договорной матч?

– Когда за него введут уголовную ответственность. Когда это интервью будут читать футболисты, ни для одного из них оно не окажется откровением. Каждый футболист в России каким-то образом был причастен к договорняку. Когда я впервые говорил о схеме «три на три», один мой приятель, который прекрасно знает, что договорняки в спорте есть, сказал мне: «Сереж, что-то ты палку перегнул. Все-таки люди на стадион ходят, а ты им – такое». Почему перегнул? Когда мы в бизнесе с тобой договариваемся о чем-то, это нормально. Когда мы договариваемся об этом в футболе, это ненормально, потому что мы обманываем зрителя. Мы выросли в этой среде. Чтобы для юного поколения это не было нормой, чтобы и кукловодам, и куклам выбить это из головы, сейчас надо кого-нибудь показательно наказать – так, как наказали «Ювентус» в 2006-м. Нужна публичная порка.

Абрамович

– Вашим близким другом был Рустем Булатов. От чего он умер?

– Мое личное мнение: Рустем умер из-за того, что не смог приспособиться к жизни после футбола. Спортсмены – люди, которые находятся в оболочке. Которых кормят, поят, возят на автобусе, оплачивают билеты. Когда они выпадают из этой оболочки, в большинстве случаев просто-напросто теряются. Рустем выпал из этой оболочки. И именно этот быт, проблемы, бизнес – они его просто-напросто убили.

В конце нулевых я организовал команду «Челси-Казань» – естественно, что начали в ней играть сначала мы сами. Тот страшный день начался с того, что Рустем сказал: «Сереж, мне нужно 200 тысяч рублей, чтобы закрыть долги по аренде магазина». Я нашел эти деньги и дал ему. Вечером – у нас игра. Он говорит: «Я первый тайм отбегаю, а потом домой». Проходит минут 15 – он падает на поле. Я выбегаю: у него запал язык, держим рот. Скорой не было. А пока она приехала… Вскрытие делать не стали. Что оно нам даст?

– Если что-то генетическое, об этом важно знать его детям.

– Может быть. Но на тот момент мы об этом не думали.

Звонит Диляра – жена Рустема. Я не могу поднять трубку, не знаю, как ей об этом сказать. В итоге приехало телевидение, она узнала об этом из новостей. Когда я приехал к ним домой после морга, она все знала. Рустему было 34 года, у него осталось двое детей. С Дилярой у них очень романтичная история: они с первого класса вместе, с девятого стали встречаться. Это была такая идеальная семья… Сейчас Диляра работает у нас: она директор нашего спортивного магазина. И мы каждый год проводим детский турнир памяти Рустема.

– Говорят, в 90-х «Рубин» жил в адской нищете. В чем это выражалось?

– До того момента, как я был в «Рубине», все было относительно хорошо. Но после того как я уехал на три года в Нижнекамск, «Рубин» реально бедствовал. Ребята в стаканах кипятили воду, клали туда сосиски – и получали ужин. Жрать реально было нечего, команда жила впроголодь. «Доширак» считался суперугощением.

– Что за команда «Челси-Казань»?

– Я страстный поклонник «Челси» и Абрамовича. В то время Национальная академия футбола, которую организовал Абрамович, начала стелить искусственные поля по всей стране. В Казани тогда не было искусственных полей. Я начал общение с НАФ и, чтобы привлечь внимание, назвал команду «Челси-Казань». Вдруг Роман Аркадьевич услышит, что есть какой-то бывший футболист, который назвал команду «Челси», и обратит на нас внимание.

– Обратил?

– Хехе, нет.

– Вы поклонник Абрамовича. Почему?

– Человек – сирота с трехлетнего возраста, но добился всего, чего хотел в жизни. При этом скромен, обаятелен, не дал ни одного интервью, живет так, как я бы хотел жить.

– Так – это как?

– Жить в свое удовольствие, много времени проводить с любимой женщиной, детьми, владеть футбольным клубом и не быть при этом политиком. Я всегда хотел быть независимым. Абрамович создал империю и ни от кого не зависит.

– Сколько просуществовал «Челси-Казань»?

– Команда проиграла год, поле НАФ нам не дал, пришел кризис 2008 года. Потом я сменил вектор и мы организовали Казанскую академию футбола.

МММ

– Вы говорили, что дважды уходили из футбола. Когда?

– Первый раз – в 19 лет. Начало 90-х – вокруг движуха, перспективы, а «Рубин» играет во второй лиге. В итоге я уехал в Турцию, в город Самсун, жил там полтора месяца, занимался разными делами на рынке. Потом вернулся, а потом снова засобирался из футбола. Выручила спортивная экипировка «Адидас». Она тогда была огромной редкостью, а в «Нефтехимике» выдавали игрокам. Сейчас это кажется дикостью, в это невозможно поверить, но я поехал играть в команду только за спортивным костюмом. Думал, поиграю немного, костюм дадут и уеду. В итоге задержался на три года.

Там мне, кстати, дали еще «Москвич-2141». Я перегнал его в Казань, продал и получил 7400 рублей. Еще 4000 добавить – и можно покупать новую «девяносто девятую». Тогда как раз появилась первая пирамида МММ. Моя мама и мой крестный папа, бывший футболист, сидели дома, смотрели графики и захотели поучаствовать. А у меня наличные деньги на руках. Вцепились мне в горло: дай. Я долго отказывался, но все-таки отдал: никакой прибыли мне не надо, просто верните через месяц деньги. Отдал, а через две недели пирамида разрушилась.

– Обижались потом?

– Не-е-ет. Это же мама.

– Вы играли и в первой, и во второй лиге. Cамая дикая вещь, которую вам там приходилось видеть?

– Не дикая – просто смешная. 1990 год. Где-то под Самарой была птицефабрика, ее именем была названа команда. Футбольное поле – реально в поле. Есть такой мультфильм «Как казаки в футбол играли». Там, где они с англичанами в футбол играли, везде вода, передают мяч они только на сухих пятачках. У нас на этой птицефабрике было то же самое: чтобы просто сделать передачу, нужно было сначала мяч подкинуть из воды, а потом – с лета сыграть.

Самое интересное – я в этом матче забил гол. Олег Миронов подал штрафной, я головой ударил по воротам и – в лужу. Причем тормозил долго – летел по этой луже метров десять и остановился только в воротах. Потом нам устроили обед, на котором каждому дали по жареной курице. Просто курица – без салата, без гарнира.

Когда играл за «Нефтехимик», ездили в Грозный – на матч с «Эрзу». Это был 94 год, накануне войны. Когда «Эрзу» забил нам первый гол, на трибунах стреляли из Калашниковых. Натурально палили в воздух – праздновали гол. Представляешь наши чувства? Когда уже мы забили гол, я очень сильно обрадовался. Но Женька Ефремов говорит: «Ты че? Щас автомат на тебя наведут. Давай поспокойнее».

– Самый необычный партнер в вашей карьере?

– Давид Ражо, которого Виктор Антихович привез в «Рубин», когда мы были в первой лиге. Ражо был черным, наполовину французом, наполовину африканцем. Темнокожий для Казани в те времена – это невероятная экзотика. Мы с ним подружились, он мне диск подарил – Джонни Холлидея. Бывает, даже сейчас его слушаю.

– Вы говорили, что были помешаны на одежде.

– У меня до сих пор есть прикид Брэда Питта из «Большого куша» – он там играет Цыгана в кожаной шляпе, помните? Когда посмотрел фильм, купил себе кожаную шляпу. Пальто, клетчатые штаны и ярчайшие ботинки у меня уже были – получился натуральный Цыган. Как-то в «Плотине» я решил устроить праздничный вечер, на котором скрестил «Большой куш» и «Бойцовский клуб». Я натянул в центре зала канаты и сделал ринг, пригласил своего друга-каратиста с черным поясом, позвал народ и мы три раунда дрались – с перчатками на руках и в шлемах. А выходил я на этот бой под Linkin Park.

– Вам же приходилось драться на футбольном поле?

– Один раз. В первой лиге мы играли со смоленским «Кристаллом». Соляник, их главный бомбардир, проходя мимо меня, наступил мне задними шипами на палец. Наступил специально – я его до этого жестко встретил. Я посмотрел на главного судью – не видит. Тогда я прислал Солянику в пузо, тот закричал, мне показали красную карту. В перерыве команда сидела в раздевалке. А я сентиментальный очень: когда смотрю трогательные фильмы и даже мультики с детьми, всегда плачу. Захожу в раздевалку и плачу – мне реально неудобно перед пацанами. Чуть ли не встаю на колени и прошу прощения у команды. Команда выходит на второй тайм и вдесятером забивает три мяча. 3:0 мы побеждаем.


Афиша телешоу, которое Сергей Харламов ведет на казанском телевидении

Как Мхитарян

– Что еще не надо делать молодым футболистам, помимо того что не сдавать матчи?

– Не нужно делать того, что вредит карьере. Не курить. Не пить. Не заниматься бизнесом, как это делал Харламов. Нужно максимально концентрироваться на футболе. В донецком «Шахтере» есть футболист Генрих Мхитарян. Он живет на базе, у него нет машины, у него нет девушки. Если бы у меня была возможность прожить вторую футбольную жизнь, я бы прожил ее так, как Мхитарян.

Я не удовлетворен своей игровой карьерой. Про сон, где Бердыев меня не пускает на поле, я рассказывал. Чуть реже мне снится еще один: не могу выйти на поле, потому что у меня шнурки порвались. Вся команда на поле, разминается, а я не могу обуться и смотрю на них… Два этих сна постоянно напоминают мне, что я не реализовал себя в футболе. Поэтому моя цель – реализовать себя уже не как игрок. Создать успешную академию. Купить футбольный клуб. И управлять им в качестве генерального менеджера.

– Ваш нелюбимый игрок современного футбола?

– Мне не нравится вообще то, что происходит в футболе. Из игры джентльменов он превратился в игру проституток и полумужиков, которые за красную карточку для соперника готовы и плеваться, и за яйца друг друга щипать. Поэтому я уважаю хоккей и регби. В хоккее ты снял краги – и либо ты, либо тебя. А в футболе тебя чуть-чуть толкнули – упал, кувыркаешься, лежишь. Тот же Матерацци – просто скотина – спровоцировал величайшего футболиста в истории. Я бы на месте Зидана поступил так же. А ФИФА своей политикой только стимулирует это позерство и блядство. Если я когда-нибудь ворвусь в управление российским футболом, хочу всех предупредить: я буду сторонником джентльменского футбола. Мужского и правильного.

60-70 миллионов

– Вы уже три раза сказали, что собираетесь купить «Рубин». Вы же так надо мной шутите?

– Почему? Ни разу. Покупка клуба – это единственный вариант прийти в клуб. По-другому мне там не оказаться.

– Сколько денег вам на это понадобится?

– Порядка 60-70 миллионов евро в год. А в покупку вкладывать ничего не придется: база принадлежит городу, стадион – тоже. Платить фактически не за что.

– У вас есть эти 60-70 миллионов?

– Нет. Когда я закончил с футболом, в 31 год, поставил перед собой цель: в списке Forbes я должен быть в 40 лет. Хоть на 99-м месте, но обязательно туда пробраться. Сейчас мне 39 – не успеваю. Понимая, что не успеваю, в прошлом году мои сотрудники на день рождения подарили мне зеркало, на котором написано «богатейшие люди России». Смотришь к него – и вроде как в списке Forbes. Но сейчас я отодвинул срок, когда должен туда попасть – до 43 лет. Думаю, за три года подтянусь.

Александр Мостовой: «Занятно наблюдать, как тренером становится тот, кто никогда тренировать не собирался»

Дмитрий Булыкин: «В российских командах многие со всем смирились и не понимают, зачем им рвать жопу»

«Денег не платили. Но парень из отеля сказал, что может приносить мне что-нибудь с завтраков». Как живут неизвестные легионеры из России

Сергей Харламов: «У меня есть две бывшие жены, одна говорит «если тебя посадят в тюрьму – лишу отцовства»

Экс-капитан «Рубина» в СИЗО лишен «спортивного» питания и полуторачасовых пробежек

Фото: Ирина Плотникова

Диверсией и сговором следствия, прокуратуры и Верховного суда РТ назвал свое водворение за решетку сегодня экс-капитан футбольного клуба «Рубин» Сергей Харламов. Трибуной для откровений спортивной звезды стала стеклянная перегородка в зале Вахитовского райсуда, где рассматривался вопрос о том, где проведет Харламов следующие три месяца. Сам обвиняемый рассказал, что в камере рискует потерять отцовские права и здоровье. «Реальное время» предлагает эксклюзивный репортаж из зала суда.

«Пирамидчиков» ждут судебные гастроли

За последние три дня в Вахитовском райсуде Казани побывали все фигуранты дела кредитного потребкооператива «Рост». В частности, суд продлил арест гражданину РФ и США, учредившему компанию Rost Inc. для продвижения на фондовом рынке, Вадиму Еникееву; владельцу ИФК «Земля», входившего в состав «Роста», Александру Бурнаеву, Алексею Гречко, Роберту Гарипову и также создателю КПК «Рост» Андрею Макарову. Его сестра и бывший гендиректор КПК Наталья Макарова оставлена под домашним арестом.

По версии сотрудников ГСУ МВД по РТ, вышеназванные граждане и рекламное лицо проекта Сергей Харламов поучаствовали в строительстве финансовой пирамиды и теперь обвиняются в мошенничестве, легализации преступных доходов, организации и участии в преступном сообществе. Все семеро вину не признают. За год расследования объем уголовного дела перевалил за 500 томов.

Как выяснило «Реальное время», следствием арестованы земельные участки, дома, квартиры и авто фигурантов. Правда, стоимость этого имущества не превышает 200 млн рублей, тогда как ущерб уже достиг 850 млн рублей. Причем речь идет лишь о 3 тысячах вкладчиков из Татарстана, Миасса (Челябинская область) и Барнаула (Алтайский край), признанных в качестве потерпевших по делу, возбужденному в Татарстане. А ведь у «Роста» было 40 филиалов в 23 регионах страны, и там эти дела расследуют самостоятельно. Передать в Татарстан материалы для приобщения на финишной стадии расследования успели лишь два региона. Так что в МВД полагают, что по окончании расследования и суда в РТ «пирамидчиков» ждут судебные гастроли в других регионах страны. Сколько лет они продлятся и каковы шансы потерпевших вернуть хотя бы часть денег, судить в полиции не берутся.

Сергей Харламов за решеткой оказался лишь неделю назад

Спортсмену в СИЗО не хватает… мяса и места

Экс-капитан «Рубина» Сергей Харламов, в отличие от других обвиняемых по делу КПК, за решеткой оказался лишь неделю назад. На старте расследования суд счел возможным освободить его под залог в 1 млн рублей, однако летом 2015-го по ходатайству следствия санкционировал домашний арест. Однако обвиняемому строго запретили общаться по телефону с кем-либо, помимо адвоката, следователя и ближайших родственников. В начале февраля 2016 года следователь Константин Осянин заявил о нарушении этого запрета и попросил райсуд заменить домашний арест реальным. Райсуд с этим не согласился, в отличие от Верховного суда РТ, который 20 февраля, аккурат перед праздниками в честь Дня защитника Отечества, водворил Харламова в СИЗО.

А на этой неделе пришло время продлевать срок меры пресечения. И следователь запросил оставить экс-«рубиновца» за решеткой еще на 3 месяца. В ответ Сергей Харламов, остриженный и заметно похудевший, заявил, что претензии к нему «не имеют под собой оснований» и что первичный отказ Вахитовского райсуда в замене домашнего ареста реальным был правильным. Затем Харламов усомнился в компетентности Верховного суда РТ и выдал: «Судебное решение было вынесено еще до заседания суда. В этом я убедился при разговоре с коридорным, который ожидал меня (за решеткой), оказывается, в пятницу (19 февраля), то есть за сутки до суда, который состоялся в субботу!.. И вот этой диверсионной выходкой в мой адрес они пытаются прикрыть свою некомпетентность».

— В течение этих 12 месяцев у меня 3 раза была ишемическая атака – благодаря тому что все-таки я нахожусь в состоянии определенного ограничения. Душевного и морального инвалида из меня уже сделали, теперь из меня хотят сделать инвалида физического, – продолжал арестант. – Питание, сами понимаете, какое в СИЗО: это на 90% – углеводы. Нормальное питание, жить можно, но я –профессиональный спортсмен, всю жизнь проиграл в футбол, и я прекрасно знаю, почему у меня сейчас проблемы – они из-за питания. Я не могу себе позволить белковое нормальное питание по причине того, что акцент в СИЗО сделан на питание углеводами. Потом соседи у нас – туберкулезные, есть и с открытой формой заболевания, и с закрытой. И таких нюансов – тысяча, ваша честь…

Также Харламов пояснил, что для нормальной работы сердца и сосудов его организму нужна нагрузка. Во время домашнего ареста ему были разрешены полуторачасовые пробежки каждый день. В СИЗО предусмотрена лишь часовая прогулка в тесном помещении.

«Посадят – лишу отцовства»

Экс-капитан «Рубина» говорит – условий домашнего ареста он не нарушал. Но за год успел полежать в РКБ, горбольнице №7 и больнице №12. В день выписки из последней попал в камеру. По словам Харламова, следователи навестили его в больнице – «ворвались после госпитализации, чтобы вытащить из пакета телефоны, которые принадлежат моему отцу», и нашли там 2 сообщения: «одно было получено 22 июня, когда у меня телефона на руках не было, второе пришло от моего друга на телефон отца…»… Впрочем, прокурор отдела Прокуратуры РТ Мурад Алиасхабов уверяет, что СМС-ка от друга на телефон отца Харламова содержала поздравление с днем рождения самого Сергея, а родился Харламов 22 июня.

Далее сам обвиняемый возмутился, что вот уже 3-4 месяца его не допрашивают, и рассказал, как уголовное дело и «посадка» отразились на его близких: «У меня есть четверо детей и 2 бывшие жены, одна из которых говорит: «Если тебя посадят в тюрьму – лишу отцовства», а вторая: «Мне без разницы, где ты будешь брать деньги для того, чтобы оплачивать обучение и содержание своей собственной дочери». Как известно, одной из жен спортсмена была дочка владелицы «Бахетле» Муслимы Латыповой – Эльвира.

— Я и так повязан по рукам и ногам! – почти кричал из стеклянной клетки Сергей Харламов. – И так делаю все возможное и, когда нужно следствию – прихожу и подписываю документы… Поэтому то, что творится сейчас – это форменный беспредел… Произошел элементарный сговор в лице следствия, прокуратуры и Верховного суда – это мое личное мнение… И я его теперь буду отстаивать!..

Харламов просил вернуть его под домашний арест, прокурор и следователь возражали. В итоге суд оставил спортсмена в СИЗО на три месяца. С учетом того, что 11 марта исполнится первая годовщина расследования этого дела, в следующий раз вопрос о мере пресечения фигуранта дела «Роста» будет рассматривать уже не Вахитовский, а Верховный суд республики.

Ирина Плотникова, фото и видео автора

Ссылки

  • Профиль на сайте Sportbox.ru
  • Сергей Харламов: «В России каждый футболист так или иначе замешан в договорняке. На мне — два греха»

Это заготовка статьи о футболисте России. Вы можете помочь проекту, дополнив её.

В Татарстане готово к передаче в суд дело организованного преступного сообщества (ОПС), создавшего одну из крупнейших в России финансовых пирамид «Рост». Обвиняемыми проходят семь человек, в том числе экс-капитан ФК «Рубин» Сергей Харламов, который якобы являлся лицом пирамиды. Ни один из них свою вину не признал. По версии следствия, ОПС похитило у более 3,5 тыс. граждан свыше 1,4 млрд руб., обещая вложение денежных средств в высокодоходные проекты.

В среду МВД по Татарстану и региональная прокуратура сообщили о завершении расследования уголовного дела о деятельности ООО «Кредитно-производственная компания (КПК) “Рост”». По данным надзорного органа, уже утверждено обвинительное заключение, в ближайшее время дело будет передано в суд. Фигурантами являются семь человек: создатели КПК — брат и сестра Андрей и Наталья Макаровы, гражданин РФ и США, учредитель американской компании Rost Inc. Вадим Еникеев, владелец входившего в состав «Роста» ООО «ИФК “Земля”» Александр Бурнаев, экс-капитан футбольного клуба «Рубин» Сергей Харламов, а также Роберт Гарипов и Алексей Гречко. Все они, за исключением госпожи Макаровой, которой определили домашний арест, находятся под стражей.

Дело, насчитывающее более 600 томов, состоит из трех статей УК РФ: организация преступного сообщества и участие в нем (ст. 210), мошенничество в особо крупном размере (ст. 159), легализация преступных доходов (ст. 174.1). Отметим, только статья за участие в ОПС предусматривает до десяти лет лишения свободы.

«По версии следствия, не позднее декабря 2013 года 46-летний мужчина организовал в Казани преступное сообщество с целью хищения денежных средств граждан посредством так называемой финансовой пирамиды», — сказано в сообщении прокуратуры. Речь идет о господине Макарове, который в 2013 году создал КПК «Рост», поставив руководителем свою сестру. Головной офис компании находился в Казани, у нее было 40 филиалов в 23 регионах РФ. Она привлекала средства граждан под инвестиции в высокодоходные финансовые проекты, которые якобы осуществляли входящие в нее предприятия, обещая до 200% годовых или порядка 15% в месяц.

«Проекты в действительности не имели никакого экономического смысла, а выплаты осуществлялись за счет денежных поступлений от новых вкладчиков», — считают в МВД.

«Рост» активно рекламировала свою деятельность, а также регулярно устраивала презентации. При этом, считает следствие, на презентациях немаловажную роль играл Сергей Харламов. Напомним, он являлся капитаном «Рубина» с 1999 по 2004 год, после чего закончил спортивную карьеру и занялся бизнесом. Согласно материалам дела, господин Харламов выступал на презентациях, уверяя граждан, что проекты выгодные и КПК можно доверять. Кроме того, полагает следствие, он лично вел переговоры с клиентами, убеждая их вкладывать средства.

Изначально какие-то дивиденды вкладчикам выплачивали, но с конца 2014 года им стали предлагать вместо денег сертификаты на акции Rost Inc., которая в реальности не имела активов. Как следует из материалов дела, в период с декабря 2013 года по март 2015 года жертвами пирамиды стали более 3,5 тыс. человек, у которых было похищено свыше 1,4 млрд руб. Кроме того, следствие полагает, что господин Макаров провернул еще одну аферу от имени ООО «ИФК “Земля”» — собрал с граждан деньги, обещая предоставить им в Татарстане земельные участки под строительство коттеджей. В данном случае потерпевшими проходят 158 человек, лишившихся в общей сложности более 66 млн руб. По версии следствия, большую часть этих денег господин Макаров и его сестра легализовали, купив на них недвижимость, а также открыв компанию, предоставляющую услуги VIP-такси.

Предполагаемых участников ОПС разоблачили весной 2015 года. Это была широкомасштабная спецоперация, в которой было задействовано более 300 полицейских, в том числе бойцы спецподразделений. Она проходила одновременно во всех субъектах России, где находились филиалы КПК. В ходе следствия было арестовано имущество обвиняемых на общую сумму 300 млн руб.: дорогостоящие автомобили, земельные участки, нежилые помещения.

Как сообщили „Ъ“ в прокуратуре Татарстана, фигуранты дела свою вину не признали. В рамках дела потерпевшие заявили к ним иски о возмещении ущерба.

Андрей Смирнов

Сергей Харламов: «Меня использовали как медийное лицо»

Исповедь бывшего капитана «Рубина» — обвиняемого по делу финансовой пирамиды «Рост», обманувшей 10 тыс. вкладчиков

«Очень неприятно, что кто-то пытался ассоциировать меня и мои дела с бывшей женой, с которой я развелся больше года назад, и бизнесом теперь уже бывшей тещи», — говорит Сергей Харламов, экс-капитан футбольного клуба «Рубин», которому в марте удалось избежать тюремной камеры лишь благодаря залогу в 1 млн. рублей. В эксклюзивном интервью «БИЗНЕС Online» он после трех месяцев молчания рассказал, как и почему оказался партнером человека, дважды судимого за мошенничество.

Сергей Харламов: «В эту компанию были вложены и мои собственные средства, деньги моих родителей, друзей. Фактически мою маму можно признать потерпевшей»

ПИРАМИДА НА 23 РЕГИОНА И 10 ТЫС. ВКЛАДЧИКОВ

Напомним, в марте МВД и ЦБ провели совместную операцию, в результате которой была прекращена деятельность финансовой пирамиды «Рост», имевшей порядка 10 тыс. вкладчиков в 23 регионах страны.

ООО «Рост» было создано братом и сестрой Андреем и Натальей Макаровыми еще в 2013 году. Причем Андрей Макаров к тому времени уже успел отсидеть два срока за мошенничество.

«Рост» привлекал средства под якобы высокодоходные финансовые проекты, обещая вкладчикам до 15% в месяц, а на деле, по версии следствия, представлял собой банальную финансовую пирамиду. Когда приток новых клиентов сократился, вкладчикам вместо денег предложили сертификаты на право получения акций зарегистрированной в США корпорации Rost Inc.

При этом корпорация Rost Inc. была зарегистрирована Вадимом Еникеевым, имевшим российское и американское гражданство, которого оперативники также считают членом преступной группы. Корпорация, как оказалось, активов не имела и никакой финансово-хозяйственной деятельностью, как и сам «Рост», не занималась.

Шесть предполагаемых участников аферы в настоящее время задержаны. Однако самый известный фигурант уголовного дела экс-капитан ФК «Рубин» Сергей Харламов был отпущен судом под залог в 1 млн. рублей. Все это время он никак не комментировал происходящее, но все же дал эксклюзивное интервью «БИЗНЕС Online».

«Долгие годы футболист Харламов играл за «Рубин», заработанные деньги вкладывал в разные проекты…»

«Я ПРОДАЛ ДВЕ КВАРТИРЫ, ДВЕ МАШИНЫ…»

— Сергей, как так получилось, что вы, некогда известный футболист, стали фигурантом уголовного дела о создании финансовой пирамиды?

— Чтобы у всех сложилось понимание, расскажу, откуда я взялся: долгие годы футболист Харламов играл за «Рубин», заработанные деньги вкладывал в разные проекты и в один из загородных комплексов. В то время «Рубин» расселял судей в некомфортном загородном домике, у моего хорошего знакомого. В свою очередь, он у меня спросил, во что я хочу вкладывать деньги. Я ответил: в развлекательный комплекс. Вот он и предложил сделать базу для футбольного клуба. Мы реализовали эту идею. В декабре 2004 года мы открылись, но как раз тогда меня выгнали из «Рубина».

При этом на мне осталось 300 тысяч долларов долга, которые я занял у одноклубников. Я думал, что рассчитаюсь деньгами, которые мне были положены по контракту — 200 тысяч долларов за два года (контракт у меня действовал до 2006 года), а остальное заработаю.

Но получилось так, что меня выгнали из команды и эти 200 тысяч я потерял, а долг «приобрел». Я продал две квартиры, две машины. Но собрал в лучшем случае тысяч 120. Нужно было на что-то жить, к тому же я только что женился. Жена выходила замуж за капитана футбольного клуба «Рубин» на черном BMW X5 с двумя квартирами… А через два месяца ни квартир, ни машин. Меня словно плитой прижали весом в тысячу тонн!

Нужно было что-то делать. Я начал занимать деньги у кредитного кооператива под 10 процентов в месяц. Чтобы отдавать эти деньги, приходилось перезанимать по кругу. Рассчитывался по долгам за проекты, на которых пытался заработать. Потом мне понравился сам принцип кредитной кооперации. Смысл был таков — я беру деньги под 24 процента годовых, перепродаю за 120 процентов. Есть процент невозврата, но в общей сложности доход составлял 46 процентов годовых. Так же работают и банки. Занимают у одних и перепродают населению. В итоге я стал соучредителем этого кооператива.

Следующим этапом мы начали работать над формой исламского финансирования. Мы зарегистрировали первый в России кредитно-потребительский союз, который работал на исламских принципах экономики. Там не было процентов. Там были инвестиции со стороны физических лиц. Инвестиции в проекты, далее получение прибыли, только после получения прибыли эти деньги распределялись между участниками. Тема мне понравилась, я стал ею заниматься. Года три назад я познакомился с Андреем Макаровым. Тогда он был конкурентом, но потом мы нашли общих знакомых. По мере сближения он делился своими планами со мной, я, соответственно, тоже.

Когда у его приятеля появилась задумка реализовать свой проект по ИФК «Земля», меня пригласили как человека, способного подкинуть много хороших, интересных идей. ИФК «Земля» скупала земли сельхозназначений по минимальной цене. Потом их объединяли в один участок, переводили в ИЖС и после этого продавали.

«Компания «Рост» декларировала существование порядка 15 проектов, реализующихся на деньги вкладчиков»

— При переводе земель сельхозназначения в земли ИЖС цена участка действительно вырастает в разы. Но для этого нужны большие связи…

— Они реально это делали. Я был лишь рекламным лицом всей этой истории.

— То есть они брали у людей деньги под залог роста цен на эти земли?

— Фактически да.

— Эта земля все еще существует и ею кто-то владеет?

— Все, чем владели компании ООО «Рост» и ИФК «Земля», как мне известно, сейчас арестовано. Как у физического лица у меня арестована ипотечная квартира дочери от первого брака, ипотечная квартира сестры, потому что они оформлены на меня. Также арестована машина отца, которой 7 лет. В свое время на меня был оформлен кредит на машину, которой владеет вдова Рустема Булатова — моего партнера по «Рубину». Она сама платила кредит, а я имел к этому авто лишь формальное отношение. Теперь и эта машина арестована.

«ПОНИМАЯ, ЧТО ПАРОВОЗ ИДЕТ В ТУПИК, ОНИ ПРИВЛЕКЛИ НАС»

— Вас не смутили те условия, которые «Рост» предлагал своим вкладчикам? Они были, мягко говоря, нерыночными, чуть ли не под 100 — 200 процентов годовых.

— Компания «Рост» декларировала существование порядка 15 проектов, реализующихся на деньги вкладчиков. Могу сказать, что проценты за мой вклад компания исправно выплачивала на протяжении года, до возникновения проблем.

Ситуация начала смущать в июне, потому что в эту компанию были вложены и мои собственные средства, деньги моих родителей, друзей. Фактически мою маму можно признать потерпевшей.

Понимая, что паровоз идет в тупик, они начали выстраивать новые рельсы и потому привлекли нас. Но паровоз не свалился сам, а его свалили. Работу компании остановили сами вкладчики, устроив панику, написав заявление, а в МВД уже просто отреагировали на сигнал. Арестовали всех, опечатали все. Компании-то работали! К деньгам «Роста» мы вообще никакого отношения не имеем — это вообще не наша история. Мы выстраиваем свою собственную дорогу, на собственные деньги.

— О ком идет речь? Кто выстраивает новую дорогу?

— Наша компания называется IPO Consulting. Она практикует вывод российских компаний на международный фондовый рынок. IPO Consulting подписала договор с ООО «Рост» на оказание консалтинговых услуг и создание компании Rost Inc. в США с последующим выводом этой компании на фондовый рынок. Это делается для привлечения инвестиций от иностранных физических и юридических лиц, чтобы развивать проекты на территории РФ. Мы начали переговоры с компанией «Рост» в июне 2014 года. 20 декабря этого же года мы подписали окончательный договор о сотрудничестве со мной и Вадимом Еникеевым, который является старшим американским партнером и сейчас находится в СИЗО. Четыре месяца назад он приехал в Казань, привез сюда жену и четырех детей из Калифорнии, прожив там всю сознательную жизнь. Если бы он был намерен совершать какие-то неправомерные действия, то ни в коем случае не привез бы сюда родных, ведь так?

После подписания контракта с «Ростом» мы начали показывать его вкладчикам, что их продукты устарели. Мы предлагали здоровые, качественные продукты. С нами был заключен контракт, по которому нам перечислили только 10 процентов от стоимости услуг. Однако на тот момент компания IPO Consulting вложила в проект порядка 100 тысяч долларов своих собственных средств на регистрацию компании, на все технические и юридические моменты, на зарплату работников.

ООО «Рост» показывало хорошую статистику. И я, и Еникеев были убеждены, что фирмы, которые представляет Макаров, не пустышки, да и он был убедителен. Мы были уверены, что у «Роста» есть реальные активы. В связи с этим мы с Вадимом Еникеевым начали проводить семинары от лица компании Rost Inc., которая была зарегистрирована в США. На семинарах мы рассказывали о преимуществах акций публичной компании по отношению к существующим договорам в компании «Рост». Мы декларировали так, как есть на самом деле. Так как ООО «Рост» и Rost Inc. у людей ассоциируется как одно и то же, вкладчики со своей стороны начали нас ассоциировать с казанской компанией «Рост». Отсюда вся проблема: назови эту компанию ООО «Дядя Вася и тетя Маша», тех вопросов, которые возникли сейчас, не было бы. Теперь я понимаю, что нам нужно было поступить именно таким образом, но мы и не думали, что у Макарова и его «Роста» могут быть такие проблемы.

— Ранее у вашей компании был подобный опыт работы?

— Компания IPO Consulting была зарегистрирована в 2014 году для работы непосредственно с российскими клиентами. У Вадима Еникеева была своя компания в США, которая занималась такой же работой в Америке. То, чем мы занимались с ООО «Рост», было попутно с реализацией нашего собственного проекта. В условиях экономического кризиса вывод российских компаний на фондовый рынок является практически единственным способом для привлечения иностранных инвесторов. Это связано с тем, что иностранные банки не кредитуют российские, а зарубежные инвесторы выводят свой капитал из России. В 2013 году эта сумма была равна 40 миллиардам долларов США, в 2014-м — 160, а в 2015-м остается только догадываться. Таким образом, мы занимались тем, чем необходимо заниматься в условиях экономических реалий.

— Но ведь вы выводили «Рост», лоббируя их интересы.

— Объясню. Смысл вывода компании «Рост» на фондовый рынок заключался в следующем: она декларировала определенные активы, по которым мы должны были провести аудит 15 марта. С 15 по 27 марта мы действительно должны были провести аудит для дальнейшего выстраивания стратегии вывода компании на фондовый рынок.

— То есть вы вложили свои 100 тысяч долларов, не проведя аудит?

— Мы отталкивались от наших отношений с Макаровым. Документов мы не проверяли, потому что по условиям договора сначала мы должны были провести аудит.

— Как должны были расти акции «Роста»?

— Компания Rost Inc., которая зарегистрирована в США, выпустила эмиссию из 500 миллионов акций. Что такое капитализация компании? Это стоимость акций, умноженная на их количество. На начальном этапе у нас есть 500 миллионов акций. Следующий шаг — поглощение компанией Rost Inc. компании «Рост». У ООО «Рост» было порядка 40 филиалов по России. Это стратегический момент для реализации акций: у компании Rost Inc., имеющей 40 филиалов по России и большое количество вкладчиков, была возможность реализовывать свои акции через сеть, которая уже есть. Назовем ее активом. В декабре ООО «Рост» приобрело компанию ИФК «Земля». Это был внутренний договор учредителей этих компаний. Естественно, мы не имели никакого отношения к этой сделке.

— Тем не менее ИФК «Земля» всегда же ассоциировалась с вашим именем.

— В этой компании я не был учредителем и не был генеральным директором. В течение полугода я выступал лишь в качестве консультанта, потому что имел богатый опыт на рынке микрофинансирования. Шесть месяцев я их консультировал, а с февраля 2014 года они отправились в свободное плавание. Где-то они использовали меня как медийное лицо, представителя в рекламных акциях. Все-таки меня знают люди в Казани, да и сам я привык к публичности, мне несложно выступать перед людьми. Мне даже это нравится.

— Все-таки как вы хотели сделать в идеале?

— Rost Inc. приобретает компанию ООО «Рост». Здесь акция стоит 50 центов. За счет этого поглощения стоимость акции компании Rost Inc. должна была составить 1 доллар. Эта объединенная компания должна была приобрести ИФК «Земля». После этого поглощения стоимость акции должна была увеличиться до полутора долларов.

— Но ведь это, по сути, пузырь. Нужно же что-то производить?

— У ИФК «Земля» были земельные активы. У ООО «Рост», повторю, было заявлено порядка 15 компаний различной направленности. Соответственно, эти активы должны были поглощаться. Друг за другом эти компании должны были быть объединены в одну. Каждый шаг увеличивал бы стоимость акции, не увеличивая стоимость активов, продукции. Имея на руках ничего не стоящий договор, инвестор получал бы взамен акцию публичной компании, которую мог бы продать через любого брокера на фондовом рынке. Инвесторы покупают акции не из-за того, что условный Apple что-то производит, а он покупает их акции, потому что у Apple хорошая динамика акций. Сам продукт и динамика роста акций — разные вещи. Они не всегда идут параллельно.

«Работу компании остановили сами вкладчики, устроив панику, написав заявление, а в МВД уже просто отреагировали на сигнал»

«С ЭЛЬВИРОЙ Я РАЗВЕЛСЯ БОЛЬШЕ ГОДА НАЗАД»

— Не жалеете, что позволили себя уговорить войти в это предприятие?

— Скажу откровенно, эти два месяца показали реальное отношение людей ко мне. Я сидел тише воды, ниже травы и не давал никаких интервью, когда федеральные каналы в очереди стояли. Прочитал, что написали в «БИЗНЕС Online», прочитал, что написали в других изданиях, послушал, что люди говорят, послушал тех, кто позвонил и поддержал. Не имея больших навыков в распознавании характеров людей, за этот месяц я узнал, кто действительно друг, а кто таковым не является. Это хорошая встряска…

Поливают грязью того, кто хотел сделать, как лучше. Время, конечно, все рассудит, но этот месяц мне дался безгранично тяжело. Я даже хотел собрать пресс-конференцию и ответить на каждый предполагаемый вопрос. Но в тот момент все выглядело бы как оправдания, а оправдания — это удел виновных. Мне оправдываться не в чем. Но ведь если ты молчишь и ничего не говоришь, люди подумают, что все так и было. Так что это палка о двух концах. Теперь время пришло.

— Неужели вы не знали, что ваш бывший партнер по бизнесу и друг Андрей Макаров был, как сообщает МВД, судим за мошенничество?

— Я узнал об этом уже потом, после того как начал с ним работать. Меня этот вопрос не интересовал. Да, я слышал о том, что он сидел, но я не был в курсе, за что именно. Когда я рос, у меня была шапка с пампушкой, потому что их носили в моем районе. Чтобы добраться до школы или тренировки, мне нужно было идти через другие районы города. Так вот я сделал петлю на шапке, чтобы прикреплять и откреплять эту пампушку. Фактически мы жили в условиях военных действий! За каждый день мы благодарили Бога, что остались живы. Поэтому мне было все равно, какое прошлое у Макарова. Мы на эту тему с ним никогда не разговаривали.

— Заявления вкладчиков должны были насторожить, когда перестали отвечать на их звонки, а офисы начали сумбурно переезжать.

— Впервые слышу, что из-за переезда были проблемы. Наоборот, компания IPO Consulting переехала в более дорогой офис, в хорошие условия. Вадиму Еникееву предоставили комфортный кабинет. У меня есть свой собственный офис, в котором мы занимаемся реализацией своего проекта, не имеющего никакого отношения к «Росту». Вадим находился там, чтобы консультировать вкладчиков, потому что у них возникало много вопросов.

— Не думали, что в офис придет полиция?

— Тогда никто бы не сидел дома, а Еникеев уехал бы в Америку, не дожидаясь своего ареста. Он гражданин США.

— Американское консульство отреагировало на его арест?

— Консул приезжал, но ничего не решил. Узнал только об условиях содержания.

— Почему Макарова, Еникеева арестовали, а вас отпустили под залог? У них не было возможности внести залог?

— Могу ошибаться, но, по-моему, этот вопрос перед ними даже не ставили.

— А кто внес залог за вас?

— Официальными залогодателями выступают адвокаты, а помогли друзья. Если я нарушу условия, то подставлю их. Адвоката я знаю по «Рубину» и его работе в футболе, но сам я ему платить гонорар не могу, это делают мои футбольные друзья. У меня денег нет.

— Как отреагировала ваша супруга на то, какая у вас сейчас репутация в связи с последними событиями?

— Я раньше нигде этого не говорил, но с Эльвирой я развелся больше года назад. Очень неприятно, что кто-то пытался получить дешевую славу, пытаясь как-то ассоциировать меня и мои дела с Эльвирой и бизнесом моей, теперь уже бывшей тещи (гендиректора «Бахетле» Муслимы Латыповой — прим. ред.). На эту тему мы с моей бывшей женой не общались, но думаю, что у нее сформировалось такое же мнение, как и у большинства людей, читающих СМИ. С ней мы не обсуждаем какие-то серьезные вопросы. Я понимаю, что поставил под удар их. Они сейчас находятся под таким же давлением, что и я. Думаю, мне не стоит ожидать от них какой-то лести.

— Вам есть что сказать вкладчикам «Роста»? Так или иначе, они вас ассоциируют со всей этой историей.

— Люди должны понять, что я не тот человек, который брал у них деньги. Я их не инвестировал и не получал с этих денег прибыль. Я такой же вкладчик, как и они, с одной стороны. С другой — я стал первым человеком, который понял, что этому проекту когда-нибудь придет конец, после чего пытался предложить выход из сложившейся ситуации. Кто-то услышал, кто-то нет.

— Что будет с вкладами людей в связи с фактической приостановкой вашей деятельности?

— Сейчас невозможно ничего сделать, потому что учредитель компании «Рост» — Андрей Макаров. Только он имеет право подписи, ему самому нужно будет принимать решения.

— Вы сами будете подавать на него иск? Вы ведь тоже пострадали.

— Нельзя сказать, что он кинул нас. Если бы он сбежал с деньгами, то да. Какие встречные иски, когда это мужские отношения? Теперь я понимаю, что меня использовали, вернее, мою известность и медийность, использовали имя бывшего футболиста «Рубина». Про себя скажу так, что у меня было и еще есть желание вкладывать деньги в футбол, который навсегда в моей душе.

— Когда у вас следующее слушание?

— Пока идет предварительное расследование. Вызывают на допросы. Проходят процессуальные следственные действия. Такие дела могут расследоваться годами. Есть мнение, что это дело будет длиться полтора-два года.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *